Дракон, единорог и прочие пегасы

Ждали, когда мы отойдем подальше и только тогда приближались и осторожно хватали угощение с земли.

—Интересно, кто из них отпрыск единорога?

— Думаю, что все, — огорошил меня брат. Увидев мое удивление, он приобнял меня за плечо и улыбнулся. — Простая арифметика. Единороги живут очень долго. Счастья в любви у нашего товарища не было никогда. Значит, он сюда ходил не то что не один год, а скорее уж не одно столетие. В дикой природе скакуны долго не живут, в среднем лет десять. Так что... если все получилось, и хотя бы часть генов наш единорог смог передать, то с каждым новым десятилетием становилось все больше его потомков.

— Тогда, получается, нам нужны все?

Рин слегка покачал головой, неотрывно глядя на пасущееся в горной долине стадо. Уже начало вечереть и закатное солнце окрасило розовым края облаков и снежные шапки гор на горизонте. Стало прохладно.

— Нет, нам нужны самые сильные и умные. Те, кто приближены к оригиналу.., — тут брат ехидно ухмыльнулся. — Не максимально, конечно, таких как тот единорог мне в армии не нужно.

Биологически, а не психологически, так скажем. Ладно, уже поздно. Стадо сейчас отправится спать, а мы можем спокойно поужинать. Пойдем в лагерь.

—Бестолково день прошел, — раздосадовано заметила я, пиная носком сапога кусок бревна. Он откатился к дальнему концу нашей полянки.

— Целый один день. Какой ужас, — подколол меня брат. Затем картинно поманил к себе пальцем. — Иди сюда, у меня кое-что есть.

Я ехидно нахмурилась.

— Не то, о чем ты подумала. Я привез тебе бутыль твоего любимого сока. Пока мы занимаемся скакунами, нам придется обойтись без алкоголя. Животные не выносят его запах. И да, я знаю, как тебя тяготят подобные государственные дела...

—Терпение не входит в перечень моих добродетелей, — уже куда веселее проговорила я, садясь на покрывало у костра и протягивая брату серебряный кубок. Он откупорил бутылку и налил мне сока. — Боги, какой аромат! От него одного можно захмелеть...

Мы чокнулись кубками и пригубили сока.

Ветер стих, отчего полянку заполонили надоедливые насекомые. Лидорианцев они не особо кусают — у нас более толстая кожа, которую мелким тварям сложнее прокусить. Что не мешает им летать вокруг тучами, пищать, лезть в глаза и нос, щекотать шею и руки.

Пришлось взять с собой всю провизию и полезть в палатку, куда из-за сетчатого полога насекомые не могли забраться.

На утро меня разбудили какие-то шорохи и бряцанье.