Госпожа Сумасбродка

Не шикуйте, спрячьте подальше, берите понемногу, вы — женщина и мать, не мне вас учить. Можете сдавать свою дачу и говорить, что живете на эти деньги. Пенсию, в конце концов, дадут на ребенка, но это все — кошкины слезы. В общем, постарайтесь поступать разумно. Боитесь у себя держать — можете рассчитывать на меня в этом вопросе. Возьмите на первое время, а потом позванивайте мне, когда потребуется. Не меняйте купюры в одном пункте… Ну давайте, чего вам надо купить?

— Подождите, я сейчас…

И она ушла в магазин.

А он отошел в сторонку и закурил. Ее долго не было. Докурив, Евгений заглянул в магазин. Удивился: народу совсем не было. Чего ж она так долго? И вдруг он увидел Нину. Она, сжав виски ладонями, стояла у окна. А на сгибе локтя у нее висела пустая полиэтиленовая сумка.

Он подошел сзади.

— Вы забыли дома деньги?

Она резко обернулась. В покрасневших глазах ее стояли слезы.

— У меня уже сил нет… — прошептала она и припала лицом к его груди.

— Ну-ну, — заговорил он негромко, поглаживая ее по голове.

 — Жизнь еще может быть очень долгой. И у вас дочка. А ей необходима прежде всего материнская забота… Давайте я пойду и разменяю вам какую-нибудь сумму?

— Пожалуйста, у меня голова совсем уже не варит…

Евгений видел неподалеку обменный пункт. И курс валюты вроде приличный — за двадцать восемь. Особо стесняться теперь тоже смысла не было. Поэтому он скинул одну резинку со свертка, ногтем разорвал сбоку газету и вытащил пять сотенных купюр.

Меняла — крутой парень с «голдой» на мощной шее — лишь изучающе взглянул на Женю, но документа не потребовал.

Скучая, сунул купюры в свою машинку, проверил на подлинность и так же скучно отсчитал четырнадцать с чем-то тысяч. Евгений не стал пересчитывать. Нельзя себя ронять, меньше вопросов.

Минут через десять Нина заполнила самыми необходимыми продуктами не один, а три пластиковых пакета. Евгений послушно таскал их за нею, понимая, что испытывала вдова, заходя в магазин и помня, что собранные коллегами Вадима денежки скоро кончатся и больше ей рассчитывать не на кого.

И не на что.

Он донес тяжеленные и рискующие порваться пакеты до самой двери. Но в квартиру больше не вошел.

— Отнесите сами на кухню. Все должно быть так, будто я давно ушел. И возвращайтесь с пустым пакетом.

И когда Нина Васильевна снова вышла на площадку, Евгений открыл черную лапку, достал бумажный сверток, разорвал газету, а пачки денег просто вытряхнул в пакет, не прикасаясь к ним пальцами.