Героиновая пропасть

Ладно, поболтали, и будет. Ты, я вижу, уже пришел в себя и обрел чувство равновесия. Поэтому для начала предлагаю тебе связаться с технарями из ФСБ и посмотреть, что они раскопали на Кутузовском. Я думаю, что эксперты-взрывники уже закончили там свою работу. Обратишься к Федотову, ты его знаешь. Располагаешь указанием от нашего генерального: все службы максимально облегчают твою работу. Как обычно. Вот такие дела, Саня.

– Еще вопрос можно?

– Давай, только побыстрей, не теряй времени.

Меня уже к вечеру наш пригласит на ковер, так что пожалей старшего товарища.

– Он что, очень важная птица – этот Каманин? Почему такая спешка? Отчего переполох? Его ж все-таки не замочили, а ведь бывают фигуры и покруче, сам знаешь.

– Почему переполох в МИДе? Как тебе сказать? Ну, во-первых, все же заместитель министра. Во-вторых, сам по себе, на мой лично взгляд, интересная фигура. В восьмидесятых годах был советником нашего посла в Афганистане, и отношение к нему самое разноречивое.

Чем вызвано, честно, не знаю. Но, впрочем, это вовсе и не моя, а твоя задача, Александр Борисович, узнавать, выяснять, вычислять и прочее. Cловом, почему я тебя должен учить? Ты и так уже большой мальчик.

– Ирония неуместна, Константин Дмитрич, – парировал Турецкий.

Когда Меркулов переходил на имя-отчество, значит, действительно пора завязывать с трепом. Но тем не менее последнее слово Александр хотел оставить за собой. Он поднялся и спросил:

– А при чем тут газеты… телевизор… о которых ты спросил вначале? Разве уже успели раззвонить?

– Нет, разумеется.

Это ж случилось всего какие-то три… – Меркулов посмотрел на наручные часы и поправился: – Три с половиной часа назад. Откуда? А вопрос был задан просто для выяснения твоего общего утреннего состояния, способен ты хоть что-то соображать или еще нет. Я ответил? – И Меркулов беспечно ухмыльнулся.

И это тоже в порядке вещей.

Тем не менее голова больше не болела, хотя и особой свежестью в мыслях Александр Борисович тоже не мог бы похвастаться.

Итак, первым делом надо выяснить, кто выезжал на место происшествия, что дал первоначальный осмотр, чем порадуют эксперты-криминалисты и, наконец, что думают по этому поводу пострадавшие. Хотя среди таковых серьезно пострадал один – водитель, который, как сообщили Косте, находится в реанимации Института Склифосовского.