Будильник

Красный щит, зауженный книзу, с парой серебристых лент металла, прибитых сверху и пересекавших его из угла в угол крестом, а на пересечении какая-то странного вида зверина, вроде льва. Монах его разбери, что это за чёрт с горы, но выглядит внушительно. Может, медведь? Ну и за щитом, само собой, парочка скрещенных мечей. Может, сами мечи и пожалели, я только рукояти да кончики заметил, но выглядит всё равно шикарно. Ко всему этому ещё шкура на полу, какой-то грязный коврик перед камином, кованная решётка и прочие атрибуты.

В дальней от меня стене я едва заметил штук пять или шесть мелких окон-бойниц, узких таких. За их стёклами было темно, в отличии от витража, потому приметить их было очень трудно. Ещё и стёкла мутные какие-то, не то и вовсе сами по себе тёмные.

А по правую руку от меня, прямо за стеллажом с книгами, пряталась очередная маленькая и неприметная дверка. Вот в неё-то мне и надо. Не знаю, зачем, но очень уж хочется зайти. Прямо тащит туда, тянет… я едва не бегом к ней побежал. Даже сбил на ходу пару стульев, не обращая на них внимания.

Оказавшись перед дверью, я на секунду замешкался, но тут же решительно рванул её на себя и вошёл.

За дверью обнаружилась совсем уж мелкая комнатушка, не в пример прочим встреченным. С половину моей, Московской, значит, около двенадцати квадратов. Простенький ковёр, на нём массивный письменный стол да пара колченогих стульев. Тяжёлая кровать справа, в дальней от меня части комнаты, пара окошек в стене напротив… крупнее тех бойниц в гостиной, но всё равно небольшие.

А, и парень в средневековых доспехах, стоявший на коленях посреди комнаты. Само собой, да.

К его горлу был приставлен массивный тесак, потому я не возражал, что он не кинулся меня приветствовать. Да и что дядька в чёрном, столь чертовски знакомом, балахоне, державший этот самый тесак, меня не поприветствовал, меня тоже не смутило. Это было лишним, я так и понял. Сразу прям понял, едва войдя.

В голову ударил адреналин, или что-то ещё и я за долю секунды, едва распахнув дверь, успел разобрать все детали.

И доспех в подробностях рассмотрел, тяжёлые металлические латы, и валявшийся под кроватью круглый щиток с восьмиконечной звездой, такой же, как на левом плече у бедолаги-пленника, и двуручный меч, воткнутый в дощатый пол в паре метров позади бедолаги.

Интересно, а как «балахон» столь легко и уверенно удерживает этот здоровенный, чёрный тесак на вытянутой руке? Меч-то едва ли уступает весом тому же двуручнику.