Огненный Легион

Сам знаешь, друиды с трудом могут лечить низших вампиров, поэтому главная надежда – это их собственная регенерация. Кстати, эти треклятые пилюли как раз и созданы для того, чтобы усиливать этот процесс.

– Ты меня успокоил, – облегченно вздохнул я.

– Так для того и бегал, – усмехнулся Чез. – Кстати, теперь мы знаем, что происходит с дверью, когда ты открываешь проход в библиотеку. Она была заблокирована намертво, я даже ломать ее пытался по-тихому.

Не очень хорошо себе представляю, как можно было ломать дверь «по-тихому», но факт Чез подметил, безусловно, интересный.

– Пойдем завтракать, – решил я. – Я очень сильно проголодался. По пути расскажу тебе, что узнал в библиотеке.

По закону всемирной подлости в столовой мы впервые пересеклись с Энджелом и его дружками. Раньше наша компания приходила на завтрак к самому началу из-за вечно голодного Наива, а «водники», по всей видимости, предпочитали поспать лишние полчасика.

– Вот наглые уроды, – прошипел Чез, когда мы сели за свой столик. – Они еще смеют нам на глаза попадаться.

Все пятеро смотрели на меня настороженно, и никакой наглости и уверенности не было и в помине. Еще бы, ведь если я расскажу о нападении, то их не спасет даже покровительство папаши Энджела – выпрут из Академии взашей и не посмотрят на происхождение. Шутка ли – нападение на учеников с применением боевых заклинаний. Но, разумеется, я бы никогда не стал на них доносить.

– Не вздумай разборки сейчас устраивать, – на всякий случай сказал я другу. – К этому делу нужно подойти обстоятельно. Чтобы они нашу месть запомнили на всю жизнь.

– О, они запомнят, – хмуро кивнул Чез.

Едва мы принялись за уже ставший привычным, но от этого ничуть не более вкусным завтрак, как в столовой появился сержант Торн и направился прямиком к нашему столику.

– Закери Никерс, – резко сказал он, встав над нами. – Мастер Ревел желает видеть вас.

– После завтрака? – с надеждой спросил я.

– Немедленно! – рявкнул сержант так, что подскочил не только я, но и сидящие за соседними столами ученики.

Как я не без злорадства заметил, особенно встрепенулись Энджел и компания.