Огненный Легион

Собственно, из-за чего бы еще, кроме вчерашней стычки, меня могли вызвать к главе службы безопасности Академии? Он наверняка что-то слышал о вчерашнем происшествии и решил узнать подробности. Хотя может быть, Мастер Ревел захотел увидеть меня по иным причинам? Например, в лаборатории наконец-то смогли разобраться с моим артефактом.

– Есть! – коротко ответил я и, вскочив из-за стола, последовал за сержантом.

– Увидимся на занятиях! – крикнул Чез вдогонку.

Проходя мимо настороженных «водников», я не удержался и подмигнул им.

Сержант Торн проводил меня до исследовательского центра, как будто я мог куда-то сбежать, и передал на руки охранникам. А они впервые за все время не остались на посту, а прошли по всем коридорам вместе со мной вплоть до кабинета Мастера Ревела. Складывалось такое впечатление, будто меня арестовали или что-то вроде того.

– А, Зак, проходи, – поприветствовал меня лысый Ремесленник.

Я послушно зашел в кабинет и сел напротив него.

– Доброе утро, Мастер Ревел.

– Такое же доброе, как вечер? – прищурился Ремесленник.

– В каком смысле? – переспросил я.

– Это ты мне расскажи, что произошло вчера вечером в проходной казармы и почему твой друг оказался в больнице.

Что ж, это вполне логично. Все-таки он глава службы безопасности, а не просто погулять вышел. Хотя будь он по-настоящему хорош, не задавал бы вопросов, а знал все и так.

– На вас было совершено нападение? – продолжил Мастер Ромиус. – Мы нашли следы применения заклинаний.

– Можно и так сказать… – медленно произнес я.

Дракон меня задери, не хочу рассказывать о произошедшем. Пусть мои проблемы останутся только моими.

– Вас пытались убить или похитить?

– Нет, это не было покушение, как в Академии в прошлое посещение.

– Неслабые у вас разборки, судя по следу на стене, – заметил Ремесленник. – Возможно, я бы и смотрел на подобное сквозь пальцы, если бы не страдали участники важных экспериментов.

Вот он вроде бы о правильных вещах говорит, а звучит все равно гадко. Опять чувствую себя объектом исследований, а не живым человеком.

– Просто разрешали внутренние разногласия, – упрямо повторил я.