Немного о пограничниках, котах и портянках

Поднатужившись, я на руках внес кота в лазарет (призрачный-то он призрачный, но увесистый!) и пожертвовал последний пузырек настойки.

Нужно срочно пополнить запасы, иначе нечем будет пользовать нервных пациентов, которых в последнее время не меряно.

Я бросил взгляд на столпившихся в дверях солдатиков (они даже головные уборы почтительно поснимали!).

Лично уложил "поплывшего" кота на лежак. Потом упаковал в холщовую сумку бутыль спирта, полкаравая и несколько мешочков с травами.

Я оглянулся на сержанта, в вытаращенных глазах которого плескалась откровенная зависть.

- Так это того... не положено! - сглотнув, выдавил сержант.

- Это для настоев, - пояснил я, усмехаясь. Одернув рубашку, небрежно кивнул сержанту. - Я готов.

Он кивнул в ответ и скомандовал окружить меня.

- А что за настои? - уже на выходе из лазарета жадно спросил ближайший солдатик.

Уши остальных, казалось, вытянулись и повернулись в мою сторону.

- Мало ли? Вшей травить или мышей отгонять, - объяснил я, пожав плечами.

Солдатики дружно покрепче перехватили оружие, а на их лицах отразилось искреннее возмущение таким кощунством.

Я усмехнулся. Надо же, проняло!

- А, вы шутить изволите! - заметив мою улыбку, успокоился солдатик, и от нахлынувшего облегчения осенил себя священным знаком.

Я неопределенно пожал плечами, хотя вообще-то говорил чистую правду. В конце концов, та же настойка аниса годится как против вшей, так и для внутреннего употребления людям - хм, для улучшения настроения и пищеварения.

Когда я с гордо поднятой головой (каюсь, позировал перед набежавшими зеваками) в сопровождении конвоя вышел из лазарета, толпа недовольно заворчала. Не стоит обольщаться - недовольство арестом было вызвано не моими выдающимися личными качествами, а исключительно тем, что больше лекарей в форте не имелось. А мало ли какие болячки могут одолевать несчастных жителей?! От чирья до недержания...

Впрочем, на открытое сопротивление пока никто не решался.

На приступке сидел отец Барет, что-то горестно причитая.

При виде меня он встрепенулся и вопросил:

- Ты куда это собрался, чадо?!

Я притормозил и чуть не споткнулся, когда кто-то из солдатиков подпихнул меня в спину.

- Отец Барет, вы разве не помните, что сами настаивали на моем аресте?!

- Сие правда! - входя в образ, величаво ответствовал он. - Но ведь сначала тебе надлежит обработать мои раны.