Немного о пограничниках, котах и портянках

- Вот именно, - согласился я, благодарно кивнув мальчишке. - Как он может соблазнить другого мужчину?!

Я не поверил своим глазам: отец Барет покраснел. Не побагровел от гнева, не залился краской, призывая на головы святотатцев громы и молнии, а стыдливо потупился и зарделся.

- Демон это! - буркнул он. - А демонам сила великая дадена, дабы умы людские искушать.

- Хорошо, - согласился я. Где-то слышал, что с сумасшедшими нельзя спорить.

К тому же у меня сложились слишком напряженные отношения с местным духовенством, чтобы встревать в такие тонкие (и не касающиеся меня) вопросы.

Интендант отчаянно затряс головой, но кто его слушал? Ивар приободрился и тайком ткнул пленника пониже спины ухватом. Пришлось потихоньку погрозить мальчишке кулаком.

Ивар ойкнул и притворился ветошью, но "оружие" не выпустил.

- И чего вы хотите от меня? - убедившись, что мальчишка приструнен, я вновь повернулся к священнику. - Демоны не по моей части.

Тот подергал себя за выбившуюся из косицы прядь и признался:

- Трав мне недостает.

Смирившись, я вздохнул и осведомился:

- Что именно вам нужно?

- Трава святого Джона2, базилик, подорожник, розмарин и лавр! - без запинки перечислил он, деловито засучивая рукава.

Извлек из складок сутаны какой-то мешочек и с таким предвкушением улыбнулся пленнику, что тот закатил глаза и обмяк.

Я, прикинув, что от перечисленных трав хуже интенданту не станет (разве что оные травы скармливать ему охапками), без возражений распотрошил свои запасы.

- Вот все... - начал я, с полными руками коробок и баночек поворачиваясь к священнику, и осекся.

Солдаты, подчиняясь указаниям отца Барета, раскладывали интенданта на столе, крепко держа его за руки и за ноги. Интендант, облаченный в белую ночную рубаху, походил на жертву насилия, только торчащая вверх борода выбивалась из картины.

Священник, потирая руки, приблизился к столу, хищно оглядел жертву и констатировал:

- Все в порядке, чада.

Он придирчиво изучил предложенные травки (как будто действительно в них разбирался!), рассыпал их вокруг стола, расставил по кругу и зажег какие-то пахучие свечи. Потом, сняв с себя "радужный" шарф, кокетливым бантом повязал его вокруг шеи интенданта.

Отец Барет остановился, любуясь делом своих рук, и я воспользовался паузой.