Ошибочка вышла...

      — А-а… это вы, вашество. Я ж того… думал, опять птичка. Я еще от встречи с первой… это… не отмылся, — замялся гоблин.      — Ты меня удивляешь, Дундук. Откуда такая страсть к чистоте? Может, ты еще и помнишь, когда в последний раз мылся? — король чуть вздернул бровь, и тут даже Дундук стал догадываться, что он попал. Лучше бы он и сове дал обгадить всю свою рогатую голову… Одной лепешкой больше, одной меньше — погоды бы уже не сделало, а теперь поди-ка докажи, что ты не от королевского ока скрыться пытался.

Забыл, напрочь забыл, что его величество тоже птичкой изволит иногда оборачиваться.      — Ну да ладно, с этим мы потом разберемся, — от улыбки короля у гоблина даже по пяткам с копытами мурашки пробежали. — Где ж подружка-то твоя новая? Потерял?      — Подружка? — насупился Дундук. — Нет у меня никакой подружки… вы ж знаете, вашество, этих гоблиниц… то им в угоду рога отполируй, то копыта начисти, то шерсть вычеши… так что… это… нет у меня подружек.       — Ай-ай-яй, Дундучок. А как же эта певица, что погубила все маки в моей сонной лощине?      — Эта… эта меня на погибель завела и пропала… говорил же я, вашество, что обратной дороги того… не знаю.      — Вот как! — деланно огорчился Джарет. — А я-то думал, ты будешь рад снова с ней встретиться и от меня подарочек передать…      — Может, подарочек ей того… летучемышиной почтой передать? Это… уши до сих пор раскрутить не могу после ее пения, — пробурчал гоблин.       — Я ведь могу подумать и над твоим отпуском, Дундук… — задумчиво заметил Джарет, подкидывая на затянутой в перчатку ладони очередную хрустальную сферу.      — Отпуском? Это… вашество, вы чего, серьезно? — вытаращился на владыку гоблин. Тот с самым глубокомысленным видом кивнул:      — Над отпуском, Дундук. На лазурном берегу Болота Вечной Вони!      — Я, вашество, это… как-то еще не устал, поработать прям охота! — выпучив от усердия глаза, гаркнул незадачливый потенциальный отпускник.       — А… ну, я так и подумал. Вот. Персик передай, — Джарет подбросил шар еще выше, и тот опустился в подставленные чешуйчатые лапы гоблина уже в виде сочного персика с румяным боком.      — Слушаюсь, вашество! — вытянулся, точно рядовой перед генералом, Дундук. — Это… а где ее искать-то теперь? — спохватился он.