Рекламщик в ссылке для нечисти

Воздух застыл, ни ветерка, и пахло травами, а ещё какой-то гнилью, побросанной в канавы вдоль дороги.

За воротами квохтал рыжий петух, подзывая кур. Что-то нашёл, хотел поделиться, но куры купались в земле и ленились идти. Тянули шеи, спрашивая глупыми голосами: что-о?

Одна курица, белая, всё же подошла. Петух тут же склевал свою находку и сделал вид, что никого не звал. Потом, увидев Василия, встряхнулся, захлопал крыльями и закричал.

Василий показал ему серп и, утвердившись таким образом, спустился с холма.

Стадо паслось совсем близко — может, коров гоняли к озеру. Они щипали траву, обмахивались хвостами, шевелили ушами. Помаргивая, косились на Василия. Тут же бродил и пастух, наигрывал на дудочке — рыжий парень, волосы подвязаны ремешком, белая рубаха. Всем хорош, если бы не копыта.

Василий с опаской посмотрел на коров и ускорил шаг. Слишком большие, слишком близко, слишком пахнут хлевом... Вроде бы на людей бросаются только быки, а здесь, кажется, нет быка, но вдруг попадётся драчливая корова? Они такие здоровенные, что никакой серп не спасёт.

Мудрика он нашёл на берегу. Тот обрывал траву у ивняка, нарвал уже целую кучу, а с виду ничего и не изменилось.

— Я, это, вот... Помогать пришёл, — неловко сказал Василий.

Но раньше, чем он придумал, как извиниться, из воды вылез старик с зелёными волосами и бородой.

— Помога-ать пришёл! — обрадовался он. — Ну-кось, подь сюды!

Следующие три часа Василий работал под его присмотром, сердито сжимая губы и то и дело утирая пот со лба.

— Вона какой славный помощничек! — радовался старик, стоя в воде по пояс. — И вон там ишшо прихвати... Я ить не болотник, а запустили тут всё — чистое болото сделалося. Ну, подсоби, подсоби, добрый молодец. И тута, тута, бережком... Славно-то как! Допрежь и не видывал ничё из-за чепыжника энтого, а нонче-то — вона, лужок, коровёнки пасутся.

Василий думал, дед от него вовек не отцепится. Вроде и уйти было неловко, и работать он уже не мог. Перчаток ему не выдали, трава исколола руки, и проклятый берег выглядел на редкость убого, весь как ощипанный, хотя Василий пытался срезать траву на одном уровне. Лучше бы он вообще её не трогал.

Лозники прыгали в ивняке, смотрели под руку, и это раздражало, а самое обидное, Мудрик незаметно ушёл. Даже поговорить не вышло.