Герой анархист против всех. Том 1

Первым встал Юрай:

— Мои ребята полностью за продолжать столько сколько потребуется, на этом всё.

Потом был бородатый накачанный мужик с седыми волосами, пышной бородой и банданной на голове, пиратская морда и «золотые» передние зубы.

— Мои тоже за продолжения, до конца, так сказать, идея показать, что нельзя мешать нас с грязью им понравилась. С деньгами проблем нет, у кого свои кубышки, у кого есть другие варианты.

Потом был очень молодой и щуплый типчик, но по натруженным рукам было видно, что человек силен.

— Не могу сказать про всех, часть опасается лишиться работы и все это предприятие считают авантюрой. Ходят разговоры, что пока мы тут сидим и ждём извинений — нашу работу заберут другие.

— Никаких других не хватит, еще как минимум месяц, — сказал Ягрум, — чтобы набрать людей с ближайших деревень нужно не меньше четырех недель, приблизительно. Неделю будут собирать деньги и снаряжать созывал, неделю ездить по деревням и договариваться со старостами — платить общинам за людей и за подарки старостам.

Еще две недели будут стекаться желающие поработать, а так будет очень мало — в деревне сейчас полно своей работы. Лето на дворе, кто сено косит, кто скотину пасёт, кто за полями ухаживает, лас опять же валят, не до города деревенским не до города... А откуда еще людей для работы в город набрать? Каторжан? Так те все на рудниках и их постоянно не хватает, мрут-с. Так что людей набрать в нужном количестве — неоткуда. Только если матросов запрягать начнут, но те народ гордый — им за это не платят, а если и будут платить, то опять же — народ гордый, на берегу работать? Только если челюстями и тем что пониже.

— Товарищ Ягрум дело говорит, — поддержал гнома я, — набрать людей дело не ближайших дней. Сколько нас всего чуть меньше трёх тысяч — внушительная цифра? И сколько они столько народу будут собирать? Наша сила в сплоченности и кооперации, нам сейчас ну никак нельзя давать заднюю, иначе амба.

Чтобы сказать слово в самом дальнем ряду поднялся самый старый представитель от бригад, седой старик, чьи глаза уже плохо видели, но руки не растеряли сил, звали его Зорг.

— На своем пути, — начал Зорг, — я встречал разных людей и разные обстоятельства, и только сейчас я вышел на то, о чем будет не стыдно рассказать Илитариалу в конце пути, герой.

Я лишь печально улыбнулся старику в ответ. Ну да, спалился, да и не особо шифровался, если честно. Хотя вон для некоторых молодчиков это стало откровением, вон глазки расширились, рты покрывались.