Не дареный подарок. Морра

— Только не горник, — простонал Тайс, прибавляя скорость. — Можно подумать, нечисти нам мало.

О горниках я почти ничего не знала: только то, что они чувствуют магию и очень любят магов. На обед. Огромные, опасные горные монстры, сами состоящие наполовину из магии, на вторую половину они были из камня и являлись чьим-то неудачным экспериментом. Очень неудачным, если учесть, что способ размножаться эти каменные чудовища все же как-то нашли.

Вот только профессор Тримали, преподающая в академии бестиологию, почему-то утверждала, что они выбрали местом своего обитания как раз таки Серый хребет.

А этот почему-то жил здесь, за тысячи километров от него. И вот тут возникал вполне логичный вопрос: чего ему дома-то не сиделось?

Боевики очень слаженно бросились врассыпную. Кадай пополз за своим хозяином, и я, продолжая цепляться за него всеми лапами, разумеется, ползла вместе с ним, давно потеряв Илиса из виду.

Непогода только набирала силу, засыпая колкой, жалящей снежной крупой. Я с трудом могла рассмотреть Керста в этой белой пелене, но Кадай, казалось, не чувствовал особого дискомфорта и совсем не обращал внимания на залепляющий глаза снег.

Он легко скользил вперед, не отставая и не пытаясь обогнать своего хозяина.

Грохот шагов горника и давящее ощущение неконтролируемой магии, из которой тот состоял, отдалялись. Он избрал своей жертвой кого-то другого. Несчастного боевика, которому, в отличие от своих товарищей, придется еще долго отрываться от погони. Не было сомнений, что со временем горник отстанет, если кадет не запаникует и не использует магию.

Но нам повезло, что меня очень радовало.

Керст оступился, неловко взмахнул руками и заскользил вниз, потеряв равновесие. Поторопилась я радоваться...

Кадай бросился вперед, не обращая внимания на мой истерический визг, стараясь перехватить хозяина раньше, чем тот, набирая скорость, покатится вниз, и даже успел, но при падении Керст ударился о ледяной нарост, содрал кожу на затылке и вырубился. Попытки привести его в сознание успехом не увенчались.

Я аккуратно била его лапками по щекам, пыталась растереть лицо снегом за неимением воды, которой можно было бы в него попрыскать, тормошила и дергала за волосы. Керст не приходил в себя, а снег под его головой медленно набирал цвет, становясь из белого рубиново-красным. Очень ярким и красивым, тонко пахнущим кровью.

— Чтоб мне облезть, — проворчал аспид за моей спиной. Из его голоса исчезло змеиное шипение, ушло вместе с пропавшей чешуей.