Приключения Василисы, или Как Царевна-лягушка за счастьем ходила

— Плащ сними, запутаешься, — посоветовала она, за что получила щелчок по носу и грохнулась на дно своей «клетки». — Эй! Без рук!

Возмущенно сопя, она опять выбралась на свет божий, успев полюбоваться великолепным зрелищем — раздеванием Ванюши.

Парень снял чехол с луком, отстегнул колчан со стрелами, снял плащ. Все это он передавал Николе, с улыбкой наблюдающему за разоблачением командира. Меч в ножнах вместе с перевязью перекочевал в общую кучу. Затем царевич снял наручи, с тихим звоном потянул кольчугу с плеч и остался в штанах, свободной белой рубашке и мягких сапогах, плотно облегающих ноги почти до самого колена.

Подошел к стене, поплевал на руки и взялся за трубу водостока.

Железо жалобно заскрипело.

— Вот же, какое все хлипкое, руки поотбивать тому, кто делал.

— Смотри шею не сверни, — хохотнул Славий и дал знак дружине отойти в тень, чтобы не привлекать внимания.

Лисса, затаив дыхание, наблюдала, как труба под весом парня ходит ходуном и скрипит, а со стены сыплется штукатурка.

Казалось, «скалолаз» вот-вот грохнется на землю. Хорошо хоть лезть не высоко. Царевич тем временем добрался до подоконника и, накренившись под опасным углом, постучал в окно.

С минуту ничего не происходило, потом занавеска отодвинулась, окно резко распахнулось, и недовольная девушка с коротко стриженными огненно-рыжими волосами в одном лифчике и трусиках бикини выглянула наружу.

— Я так и знала, что ты среди ночи явишься, — Аня запнулась и вытаращила глаза, увидев на трубе царевича.

Девушка резко выдохнула и подалась вперед, разглядывая чудное явление.

Ванюша отшатнулся. На его прекрасном лице проступило неописуемое удивление, и тут труба особо жалостливо заскрипела и отвалилась-таки от стены.

— Упс, — Аня расширенными от ужаса глазами проследила, как царевич рухнул на асфальт. В довершение всего труба грохнулась на Ивана и отбив ему все, что только можно, с ужасным шумом покатилась в кусты, остановившись у ног Славия.

— Ах ты.

.. Кощей, чтоб тебя... вместе с Анькой!

Лисса, открыв от умиления рот, слушала, как Ванюша матерится на всю улицу. Хорошее воспитание у нынешних царевичей, разностороннее, раз даже площадной брани нахвататься умудряются.

— Эх, — вздохнул над ее головой Славий. — И откуда ты только взялась на нашу голову. — Воевода рванул через кусты поднимать начальство.

— А что я? Я предупреждала, что труба ненадежная, — тут же бросилась оправдываться Лисса.