Невыносимые. За порогом и дальше

«И о вещах, не столь замечательных», – добавили про себя друзья и только в этот вздох всерьез задумались: а насколько это вообще было разумно – перебраться через горы?

Часть 2. Силой вещей. Глава 5

– Жрец говорит, действительность сложней и удивительней любой выдумки.

– У него просто нет воображения… Или он слишком много путешествовал.

Ленивый спор, оставшийся неразрешенным

Глава 5

После того первого дня друзья почти не видели Фрадгена, лишь один раз он почти бегом провел их по окрестностям, строго велел не ходить в восточном направлении дальше двух лесов, в западном – дальше пастбища, на юг – дальше подножия горы, где находится башня магов, а на север не ходить вообще.

На том друзья оказались предоставленными сами себе.

Приходилось просто обживаться в Кашунаке, ничего особенного не делая, зато ощущая себя как никогда странно. Каждый чувствовал, что под ногами теперь оказалась не обычная земля, а целые пласты из событий, потаенных смыслов и чьих-то стремлений.

Кашунак не просто принял новых людей – он начал затягивать их, засасывать в себя, обтесывая каждодневностью, как волны обтесывают камешки, пока все они не станут одинаково гладкими.

Друзья очень быстро потеряли счет дням. Сколько их прошло, три или тридцать? Никто не мог сказать. 

Элай неожиданно подружился с охотниками и перенимал у них науку создания особой тетивы из жилочек лесных хищников и конского волоса. Никогда в Мирах Элай не видел такой тетивы и теперь пришел в детский восторг: если он научится делать подобное, то лучший в мире лук из дерева Илфреда станет еще убойней и краше.

Алера шаталась по деревне и осторожненько присматривалась, у кого можно выведать что-нибудь о Кристаллах, но пока ей не довелось увидеть тут ни единого камня.

Тахар смотрел на друзей и запоздало понимал: только его привело в Азугай не одно лишь любопытство, точнее, вообще не оно. Тахара вело подозрение, зародившееся из-за одной фразы, которую Дефара спьяну обронила два месяца назад, и из-за которой он действительно был готов прорубить проход в мирских горах, если ничто иное не подействует.

У друзей же не было никаких дополнительных причин сюда приходить, кроме обычного интереса исследователя, и Тахар теперь всё пытался напомнить им ту фразу, чтобы растормошить ровное благожелательное любопытство в их глазах, но всякий раз что-то ему мешало.