Невыносимые. За порогом и дальше

Но вы – мне было ясно, что вы появились из Ортая: башмаки и одежду вроде вашей в Гижуке не носят, на меравийцев вы не похожи – те смуглые, алонийцы не стали бы общаться с эльфом, а в Недре нет порталов.

– А ты, значит, не из Ортая, – заключил Элай.

На самом деле, еще тогда, у северной горной гряды, увидев Фрадгена, они все и сразу поняли: он – не их земляк, только никто не мог бы сказать, как именно они это поняли.

– Ну да. Я сюда пришел из Гижука. Я там жил.

– Жил? Это же орочий край!

– И чего? Думаешь, там, кроме орков, никого и нет?

– Гм, – ответил Элай, который до сего вздоха, сказать по правде, думал именно так.

 

Фрадген фыркнул и принялся растолковывать:

 – Там полно и людей, и гномов, и эльфов. Просто орков куда больше, потому как в прежние времена там только они и жили, но это было сотни лет назад, когда у каждой расы был свой язык и свои верования. 

Тахар внимательно слушал Фрадгена, сложив руки на столешнице. Элай стянул с волос кожаный лоскут, помотал головой и принялся завязывать на лоскуте узелки.

Алера смотрела в потолок, чуть покачивалась на лавке, и всем своим видом показывала: я жду, когда ты заткнешься, Фрадген, я понимаю, что ты просто заговариваешь нам зубы, лишь бы не рассказывать про силы вещей и всякие подоплеки своих отношений с магонами.

– Вот Гижук – исконные земли орков… ну, как эльфийский Эллор у вас в Ортае. Ты же знаешь, что Эллор прежде был намного больше? Или как у троллей и кикимор есть остатки больших лесов вроде вашего Пизлыка… что вы так на меня смотрите? Вы не знали, что есть и другие Пизлыки? Лес Масай – в Недре, Будгур – в Меравии и еще, кажется, какой-то ошметок сохранился в Алонике.

– Ты из семьи кочевников! – догадался Тахар.

Алеру кольнула зависть: надо же, этот противнючий Фрадген столько всего успел повидать! Небось, не сидел всю жизнь в одном поселке, только и видя вокруг, что разные Миры-запорталья с одинаковыми магонами.

– У меня нет семьи, – Фрадген подвигал кружку по столу.

– Я вырос в приюте при божемольне, в Гижуке бывают такие. Мои родители, ну, они были Странниками.

Алера и Тахар поглядели на Элая. Тот был увлечен развязыванием узелков на лоскуте и как будто ничего не слышал. Его родители и родители Раня тоже были Странниками, потому-то их в младенчестве и оставили у первой подвернувшейся эльфийки – у Анаэн.

– Видимо, они направлялись в Недру, – продолжал Фрадген ровным голосом. – А может быть, возвращались оттуда.