Сорванная карусель

– Ведь Зог обещал мне две недели, а прошло только двенадцать дней. У меня в запасе ещё целых два дня. Это нечестно!

– ТВОЙ СРОК ВЫШЕЛ И БАЛАХОН ЖДЁТ ТЕБЯ, – отозвался голос. – УПРЯМИТЬСЯ БЕСПОЛЕЗНО, ТЫ НЕ В СИЛАХ ЧЕГО-ЛИБО ИЗМЕНИТЬ И НАПРАСНО ТЕРЗАЕШЬ СЕБЯ. СМИРИСЬ!

– Нет!!!

Боль, боль, боль…

Но Корсар сопротивлялся, сопротивлялся изо всех сил! Понимая, что, если он сейчас сломается, то обратного пути у него уже не будет. Он никогда уже не сможет увидеть солнце.

– ПОВТОРЯЮ, ТВОЕ УПРЯМСТВО СОВЕРШЕННО БЕСПОЛЕЗНО, – продолжил увещевать голос.

– ВЕДЬ ВПЕРЕДИ У НАС С ТОБОЙ ЦЕЛАЯ ВЕЧНОСТЬ. ВДУМАЙСЯ, ЦЕЛУЮ ВЕЧНОСТЬ ТЕБЯ БУДЕТ ТЕРЗАТЬ НЕВЫНОСИМАЯ БОЛЬ. ИЗ-ЗА НЕЁ ТЫ НЕ СМОЖЕШЬ НИ СПАТЬ, НИ ЕСТЬ, НО ТЫ НЕ УМРЁШЬ, Я НЕ ПОЗВОЛЮ ТЕБЕ УМЕРЕТЬ. ПЫТКА ПРЕКРАТИТСЯ ЛИШЬ КОГДА ТЫ НАДЕНЕШЬ БАЛАХОН. И ТЫ ЕГО НАДЕНЕШЬ! МНЕ МОЖНО ВЕРИТЬ, ВЕДЬ ТЫ ЖЕ ДАЛЕКО НЕ ПЕРВЫЙ! И, БЕЗ СОМНЕНИЯ, НЕ ПОСЛЕДНИЙ.

Боль, боль, боль…

Голос завораживал, отвлекая от боли. Слушая его, Корсар забывал о страдании. Но, как только голос замолкал, боль снова давала о себе знать.

Из лабиринта боли не было выхода. Голос был возможно более опасной ловушкой, чем сама боль, но Корсару было уже всё равно.

– Но мне обещали две недели. У мня в запасе ещё два дня, – не уверенно повторил он.

– Я, И ТОЛЬКО Я, ЗНАЮ КОГДА ПРИХОДИТ СРОК! НЕ КАПРИЗНИЧАЙ, ОДЕВАЙ БАЛАХОН. И БОЛЬ ТУТ ЖЕ ИСЧЕЗНЕТ.

Боль, боль, боль…

Она навалилась на Корсара со всех сторон, стоило голосу замолчать. К счастью, тишина продлилась не долго.

– УПРЯМЕЦ, ЧЕГО ТЫ БОИШЬСЯ?

– Что я больше никогда не увижу солнца, – честно признался маг.

– ПОДУМАЕШЬ, ВЕЛИКА ПОТЕРЯ. ПО СРАВНЕНИЮ С ТЕМ, ЧТО ТЫ ПОЛУЧИШЬ В ЗАМЕН, ЭТО СУЩАЯ БЕЗДЕЛИЦА. В ТВОЁМ РАСПОРЯЖЕНИИ БУДЕТ ОГРОМНАЯ БИБЛИОТЕКА БРАТСТВА. С ТВОМИ СПОСОБНОСТЯМИ К МАГИИ ТЫ ЗДЕСЬ ДОСТИГНЕШЬ НЕВИДАННЫХ ВЫСОТ!

– Да, и здесь нет никакого Круга Избранных, что будет мне палки в колеса вставлять… – поневоле подхватил Корсар.

– ВОТ ИМЕННО. НАДЕВАЙ СКОРЕЕ БАЛАХОН.

Боль, боль, боль…

Корсар уже поднимался из-за стола, когда его бесцельно блуждающий взгляд упал на раскрытую книгу.

Единственную раскрытую книгу на столе.

Он вспомнил, что это именно её держал в руках, когда проснулся. Во сне он пытался отгородиться какой-то случайной книжкой от солнечных лучей, а пробудившись укрывал за этой книгой лицо от света лампы. Разумеется эта, на столе, не могла быть книжкой из сна, её он извлёк из лежащей на столе стопки – тоже случайно.