Кто будет президентом, или Достойный преемник

Мохов – политик. А политики боятся публичных скандалов.

Максим попытался поцеловать Татьяну, но она отвернулась.

– Что? – недоуменно спросил Максим.

– Я уже сказала: я не хочу в этом участвовать.

– Золотце, ты не можешь в этом не участвовать. Ты главный игрок, а я всего лишь твой помощник. Поверь мне, если бы я мог выкачать из него пару тысчонок без тебя, я бы давно уже это сделал.

Максим снова попытался поцеловать девушку, но она оттолкнула его и села в постели. Волосы ее были растрепаны, покрывало сползло, обнажив большую, упругую грудь до самого соска.

– Ты не понимаешь! – яростно проговорила она. – Это не игрушки. Мохов – не муж одной их твоих вдовушек.

– Да я понимаю, золотце. И сознаю «всю степень опасности». – Максим снова усмехнулся. Он был абсолютно уверен в себе, и нерешительность Татьяны его и забавляла, и злила. – Но если обыграть все умело – никаких неприятных последствий не будет. Ты ведь знаешь, что я в этом деле не новичок. Я все устрою. На тебя подозрение не упадет – будь спокойна.

Ну же, золотце!

Татьяна вновь попыталась отстраниться, но на этот раз Максим поймал ее лицо ладонями и крепко поцеловал ее в губы.

– Черт… – прошептала Татьяна с придыханием. – Что ты со мной делаешь…

«Вот ты и созрела, моя девочка, – пронеслось в голове у Максима. – Все вы созреваете. И все делаете так, как я скажу. Одни раньше, другие позже».

Он самодовольно улыбнулся и сказал твердо и веско:

– Мы сделаем это. Главное тут – не зарываться и вести себя благородно.

Больше десяти штук просить не станем. Для него это не деньги. И негативы вернем – все до одного. Он обойдется малой кровью, а мы с тобой махнем через месяц на Мальдивы. Помнишь, ты хотела?

– На Мальдивы… – эхом отозвалась Татьяна.

Глаза ее были полуприкрыты, на губах играла улыбка.

– Ага, – кивнул Максим. – Вдвоем – ты и я. Пляж, море, коктейли, бунгало. Все, как ты хотела.

– И мы будем плавать с аквалангом… – мечтательно произнесла Татьяна.

– Конечно, золотце.

Я покажу тебе затонувшие корабли.

– И кораллы…

– И кораллы, – прошептал Максим девушке на ухо.

– Ты из меня веревки вьешь… – прошептала в ответ Татьяна, хрипло и прерывисто дыша.

– Я просто хочу, чтобы мы были счастливы.

Он стал целовать ее глаза, щеки, виски, шею. Татьяна отшатнулась и прижала ладонь к его губам.

– Хорошо. Но как мы это сделаем? Я не хочу подставляться. Не хочу, чтобы он меня в чем-то заподозрил.

– Золотце, все будет хорошо.