Марья-Царевна

— Эй, Василиска! — торжество в голосе отца сменилось раздражением. — А куда она подевалась-то?

Я постаралась совсем превратиться в неподвижную, пусть и слегка скукоженную статую. Ну а что? Висю тут, понимаешь, собой дворец украшаю. Только не приглядывайтесь, пожалуйста.

— Да тут была, батюшка, — раздался голос предательницы-сестрички. — Что ж я тебя обманывать буду?

— С тебя станется! — Кощей был явно рассержен. — Ну и где она?

От тяжелого шага задрожали стекла, а потом что-то громко грохнуло.

— Ай, да что ж такое! — воскликнула Василиса.

— И еще сломаю!

Снова удар, словно в стену бросили что-то металлическое.

— А этот портрет, между прочим, мне муж подарил! А ты в него кувшином. Хоть бы вино из него сначала вылил, — в гневе выдохнула сестра. — Да нет ее в шкафу! Я уже там смотрела!

Раздался шум, словно из многострадального шкафа выбрасывали вещи.

— А ну, стой! Подожди-ка… — взволнованный голос Василисы заставил меня затаить дыхание.

Шаги Кощея.

— Пропал? — мрачно спросил он.

— Как есть, пропал! — Василиса с шумом захлопнула дверь шкафа. — Вот и разгадка. Видать, нашла Марья посох, а тот ее и упредил, что я тебя призвала. Ну, палка проклятущая, попади мне только в руки! Сто лет будешь у меня засоры в уборных прочищать!

— Сама такая, — негромко проворчал посох у меня в руке, а его глазницы довольно сверкнули.

— Ушла она, батюшка, — констатировала Василиса. — Уж с посохом, поди, под силу ей… да хоть, вон, в окно вылететь.

Блин! А ведь и вправду, чего мы про полет-то не подумали?

Я мысленно дала себе подзатыльник и уже готова была ругнуться сама на себя от досады, как послышался голос Кощея:

— Нет, упорхнуть по воздуху она не могла. Для такой волшбы посоху магию Источника задействовать надобно, а ее бы я сразу почувствовал. Этого Вьюгой Карачуновой не скроешь.

— Да, верно, — задумчиво согласилась сестра. — Марья такой ошибки бы не допустила. Она — девушка расчетливая, это я уже поняла. А вот мягонько вниз спланировать — на это силы посоха вполне достаточно, и она это знает.

Ой.

Ну-у, по крайней мере Василиса считает меня расчетливой, как я и хотела…

— Н-да. Вся в меня пошла. И умом, и характером, — согласился Кощей. — Эх, если бы не Вьюга! Ну все предусмотрела девка!

И папуля тоже считает. Хм.