Оттуда сюда

– Но так случайно получилось! Но я уже знаю, как вам… как вас вернуть.

Сталин с портрета буравил взглядом Николая, доставая до самых печенок.

- Ни черта вы не знаете, – отрезал он. – Вы же ничего не узнали у этих ваших союзников. Ни что делать, ни как делать – ничего. Вы наверняка даже не помните, что вам нужно для того, чтобы это совершить.

- Помню! – заупрямился Николай. – Нужно это… две спицы… или иголки… и еще проволоку и…

- Три длинные иголки, проволочная сетка ходом один сантиметр и немного речного песка! – загремел портрет.

– Ох, как же я не люблю такой непрофессионализм.

Красный как рак Николай глянул на Фирамелу. Та всем своим видом демонстрировала, что полностью согласна с генсеком.

- Фирамела, – едва слышно прошептал Николай. – У вас не найдется три иголки…

- Иголки найдутся, – заявила девушка. – А вот все остальное вам придется добывать самому. Уж извините, – обратилась она к поросенку. – Такой вот он… недотепистый.

Поросенок кивнул, портрет попытался сделать то же самое.

Девушка отошла к большому комоду, выдвинула один из его ящиков и вынула три длинные иглы. Воткнула их в пробку, аккуратно обернула платком и вручила Николаю.

- Только не пораньтесь, – серьезно сказала она. 

- Я постараюсь, – обреченно сказал Николай. – Но вы… разве вы не пойдете со мной? Ведь надо искать… Симогала и…

Фирамела громко фыркнула.

- И как это я могу пойти с вами, интересно? Завтра придут за костюмом для Бориса Абрамовича, потом белье для ГигПроСвета, послезавтра придет за рубашками Аполлон Горациевич, плюс я вчера мерку с Алевтины Петровны сняла, не могу же я ее без платья оставить! Я уже аванс взяла, как на меня смотреть будут? Да еще вечером выкройки дляНинель Соломоновны…

- Ну да, – не выдержал Николай.

– А зайдет никто иной, какДодик, да?

Фирамела захлопала ресницами, расцветая на глазах.

- А что Додик? И не Додик он вовсе, а Давид Борисович, очень хороший молодой человек. Между прочим, работает в Наркомате путей сообщения!

Николай сглотнул.

- Ну и ладно. Мне-то что?

- Да, вам-то что? Или что?

В глазах девушки горел столь сильный свет, что Николай счел за благо ретироваться.

- Я к вам попозже зайду, – буркнул он. – Скажу, когда и как…

- Мы не закончили! – прогремел портрет.

- Верно, его же покормить надо, – согласилась Фирамела. Она вышла в соседнюю комнату, и через минуту принесла большую миску молока, в которую был накрошен хлеб. Поросенок приступил к трапезе.