Байки очень тёмных веков

Такой доспех гибче металлического, и, если физическая сила позволяет, в нём можно крутиться и вертеться, как заблагорассудится. А сил у Повелителя хватало. Таких великанов Ангрус не встречал никогда за всю свою жизнь: Тёмный Лорд мог бы без особого труда поднять посла за шкирку одной рукой и вышвырнуть в окно.

Может, он так и сделает, если ему что-то не понравится, но вариант, если говорить честно, ещё не самый худший из возможных.

Шлем Повелителя был выкован с пятизубчатой короной сверху, из прорезей поблёскивали красные глаза, навевая на мысль, что у дракона он позаимствовал не только шкуру.

Тяжело ступая, Тёмный Лорд приблизился к возвышению, которое «сторожили» четыре статуи химер, и с лязгом сел на каменный трон. Заворожённый, посол с запозданием сообразил, что нужно кланяться, и поспешно согнулся мало не стукнувшись лбом об пол.

– Приветствую вас от имени короля Варавана Шестого, правителя Риссалии. Король передаёт своё глубокое почтение и кланяется вам.

– Можете подняться.

Посол выпрямился, удивившись тихому голосу, но тут же понял свою ошибку: говорил не Тёмный Лорд, а какой-то человек, стоявший у первой ступени возвышения, самый обычный на вид, в сравнении с воинами в воронёных латах — почти карлик. Волосы какого-то блёклого, невразумительного цвета, стянуты в низкий «хвост», одежда серая: длинное одеяние с узким горлом, застёгнутое на множество пуговиц, из под которого выглядывали далеко не новые сапоги.

Тёмный Лорд шевельнул рукой, человечек вздрогнул, втянул голову в плечи, и снова заговорил:

– Повелитель принимает приветствие и готов выслушать вас.

Посол почувствовал, что в горле мгновенно пересохло и с трудом подавил желание раскашляться. Да что там, он даже вздохнуть лишний раз боялся.

– Король Вараван сожалеет о случае в пограничной крепости Холм. Это было недоразумение, сенешаль не так понял намерения ваших посланцев…

«Хотя как он должен был понимать присутствие армии под стенами крепости?» – мысленно возразил сам себе посол.

– Он неверно понял намерения ваших людей, только поэтому гарнизон оказал сопротивление. Король заверяет, что не имеет никаких претензий и надеется на мирное разрешение всех недопониманий между нашими государствами.

«Ещё бы он посмел высказывать претензии».