Запретный ключ

И смех у него был звенящий, как сталь.

— А с чего ты решил, что она стоит такого обмена? Да и смысл, если ты «Сиянием» пользоваться не можешь?

Что значит, стою?! Да я большего стою, чем какой-то там ролевиковский артефакт!

От нахлынувших обиды и страха, в груди сжался болезненный комок, а глаза защипало. Я этому хамлу помогала, а он, можно сказать, мне смертный приговор выписал!

— Тогда ее лучше убить, чтобы не мешалась под ногами.

Лезвие слегка дернулось, и по моей шее сбежала теплая капля. Место пореза безбожно защипало.

Я остолбенела от ужаса.

Нет! Я не готова умирать! Я не хочу умирать! Только не так… 

— Давай. С ее последним вздохом я уйду через портал, а вы останетесь, — скучающим тоном заявил разноглазый.

Дрэнг рыкнул, но оружие убрал и кивнул лысому, мол, отпускай. Как только волосы оказались на свободе, я рванула в комнату. Ровал перехватил меня на пороге и шепнул:

— Не бойся, глупая, слово даю: никто тебя не убьет. И заходить туда не стоит.

Действительно, не стоило входить, даже заглядывать.

Лежащая в луже крови голова, отделенная от тела, не способствовала восстановлению душевного равновесия. Чтобы унять подкатившую дурноту, я глубоко вдохнула через рот и плотнее прижалась к "спасителю". Стало легче и спокойнее. Быстро взглянула на разноглазого. Тот довольно улыбнулся, ничего не имея против. И спасибо, а то я сползла бы на пол как мешок.

— Ну, и как будем возвращаться? — окончательно сдался на милость победителя блондин. Меня же смерил таким взглядом, будто я препарируемая лягушка.

— Хм, даже условия диктовать не будешь? — усмехнулся мой гость. — Тогда сразу во дворец. Думаю, Совету будет очень интересно послушать твои оправдания.

— Не меньше, чем твои, — фыркнул Дрэнг и протянул руку.

Ровал криво усмехнулся, отодвинул меня в сторону и достал из внутреннего кармана нечто похожее на гирю, только золотую и узорчатую. Не знаю, почему, но я безумно захотела эту штучку взять и больше не отдавать. Все мое желание быть ближе к разноглазому на мгновение сосредоточилось в золотистой гирьке.

 

Мужчины пожали руки, но расцеплять их не спешили. Арбалетчик положил руку на плечо сотоварища. А я, не отводя от гирьки зачарованного взгляда, наблюдала, как Ровал поместил ту на открытой ладони над сомкнутыми в замок руками. Разноглазый что-то бормотал, рассеянно глядя в пустоту, а золотая штуковина начала светиться.

Светиться?!

Я пару раз моргнула от изумления.