Странные вещи

— Ну, полно, братец, — миролюбиво говорит он, понимая, что я расстроена не на шутку. — Обиделся, что ли? Для первого раза ты действительно был хорош.

— Так-так, Эмильен, — направляется к нам капитан и я тут же покрываюсь красными от волнения пятнами.

Сейчас бы спрятаться где-нибудь и порыдать от досады и жалости к себе, но тут этот великолепный во всех смыслах мужчина и он не должен увидеть мою слабость, не должен увидеть мои слезы, иначе… иначе, не будет уважать меня. Я не девчонка сейчас, я сейчас парень, а парни не сдаются, как бы трудно им ни было.

А еще мне очень хочется треснуть чем-нибудь тяжелым этого Шона, чтоб его собаки съели! Ничего, как только представится возможность, отомщу этому напыщенному хлыщу.

Делаю несколько глубоких вдохов, собираю всю свою волю в кулак и, гордо расправив плечи, поворачиваюсь. Сразу же встречаюсь с сочувствующим взглядом синих глаз.

— Ты сражался достойно, друг мой, — успокаивает меня капитан. — Дай мне твою шпагу.

Я протягиваю свою руку с клинком, но пальцы не слушаются и их, кажется, свело от перенапряжения, поэтому разжать сама я их не могу.

  

— О, да, все ясно, — понимающе кивает мсье Анри и аккуратно помогает мне избавить конечность от рукоятки оружия. — Пойдем со мной, парень. Подберем тебе подходящую для твоего возраста шпагу. А на Шона не обижайся — он мастер фехтования и горазд на острые шутки, ты еще не видел, как мы с ним упражняемся. Он мне тоже спуску не дает.

Бросаю быстрый взгляд на обсуждаемую персону.

Шон лишь весело пожимает плечами и подмигивает мне, подбадривая, что ли… Ладно уж, чего на него злиться? Он старше и сильнее. Куда мне до него? К тому же, он ведь мужчина, а я…

Не много ли я на себя взяла, когда стала выдавать себя за парня? Стараюсь держаться так, как в моем представлении, повел бы себя юноша — захотел бы научиться палить из пушки, фехтовать, управлять кораблем и быть «рубахой парнем» с этими бравыми воздухоплавателями. По-честному, мне самой все это по душе, вот только силенок маловато… Хорошо бы, чтобы все было списано на мой юный возраст и на домашнее аристократическое воспитание, ведь изнеженные парни тоже встречаются среди представителей высших сословий.

А я в душе — боец, я знаю это, и не отступлю, как бы трудно ни было.

С достоинством победителя, а не побежденного, делаю короткий кивок своему противнику в знак благодарности за урок и следую за капитаном, который приводит меня в свою каюту.