Сахарный череп

Шляпа с узкими полями, приталенное пальто, обувь с зауженными носами, обитыми металлом.

Красноватый свет от полыхающего пламени осветил гостя.

Он снял шляпу и поклонился.

— Мое почтение Совету Дома Пламени, Совету смертей и уважаемым приглашенным, — произнес он низким голосом.

Земля словно дрогнула под ногами, как если бы хотела отозваться эхом.

Максимон. Отец Земной собственной персоной.

— Вечер перестает быть томным, — заметил рядом Шбаланке, с интересом подавшись вперед, чтобы как следует разглядеть гостя.

Максимон держался замечательно.

Он пришел позже тех, кого боги Шибальбы считали детьми нового, однако вел себя так, словно присутствовал при сотворении мира.

— Пройди в круг. Расскажи, что знаешь, — прозвучал голос Тах-Шеца.

Сухо, без единой эмоции.

О да, он… да и все остальные не в восторге от того, что какой-то Максимон знает больше них. Но так уж вышло, что Оутль сам решает: кого приблизить, а кого оттолкнуть.

Так уж вышло, что земля отзывалась на приказы Максимона, а тьма считала лучшим другом.

Для Ичтли это было немаловажно. Он всегда старался разобраться, с кем поддерживают отношения те, к кому он хорошо относится.

Сложно назвать их с Тиошем друзьями, однако все равно это было куда больше, чем, допустим, приятели. И в то же время ни Тиош, ни Максимон не посвящали посторонних в свои отношения. Что там было на самом деле — знают только эти двое.

Максимон только посмотрел на Тах-Шеца, а потом шагнул в круг, освещенный кровавым костром. Обвел взглядом всех присутствующих, словно желая запомнить.

Стоило только черным глазам остановиться на Шбаланке, как появилась едва уловимая улыбка на губах. При взгляде на Хуракана Максимон будто и сам превратился в ураган. Уичтли-Почтли — ироничное тепло. И едва заметная складочка между бровями, стоило только заметить Ичтли.

Так-так, это уже интересно.

— Заранее прошу простить, если мои слова будут недостаточно прекрасны для вашего божественного слуха, — наконец-то произнес Максимон.

Не стоило обладать каким-то специальным даром, чтобы понять: тонкая издевка, прикрытая вежливостью. В этом весь Максимон.

В ответ — недовольные взгляды. Но все молчат. Не рискуют нарываться на гнев Тах-Шеца. Раз Старейший мужчина позвал сюда… этого, значит, так тому и быть.

— Земля много говорит, — продолжил Максимон. — Оутль готовится к Карнавалу Мертвых.