Неправильный рыцарь

Юный дракон явно не спешил (а, может, и вовсе не желал) покидать место, где было столько (ах, сто-олько-о!) вкуснятины.

Глава 13

Глава шестнадцатая

Отец Губерт улыбнулся, утер рукавом жирные от масла губы и, внезапно обратив внимание на темный небосвод, раздосадованно крякнул.

— Вот память! Забыл про ежевечерний прогноз.

И трижды гулко хлопнул в ладоши. Из темноты послышался тяжелый вздох.

— Ну, ш-што ещ-щ-ще? — прошипел крайне раздосадованный голос.

— Как это что? — удивился монах. — Забыл о своих обязанностях? Ну-ка, поври нам чего-нибудь! Что было, что будет, чем сердце успокоится.

— Ш-што-то я не рас-сполож-жен с-сегод-ня, — сердито ответил невидимый паук.

— Эй, Пелегриниус! А, ну-ка, проявись немедленно! Жи-ива! — взревел отец Губерт и пригрозил: — Будешь и дальше кочевряжиться — я тебе завтра же паутину порву! Из лесу выгоню! По миру пущу!

Люсинда нахмурилась и резко дернула старика за рукав.

— О, премного-и-глубокоуважаемый Пелегриниус! Умоляю Вас, простите дедушку! — произнесла она медовым голоском.

— Не сердитесь! Мы так нуждаемся в ваших предсказаниях. Особенно дедушка, — и молниеносно среагировав на собирающегося что-то рявкнуть монаха, закрыла ему рот ладошкой и продолжила сладкие речи. — Вы — светоч науки! Величайший ум, равных которому нет среди смертных! Прошу Вас, не оставляйте недостойных без поучения. Явитесь нам! Разрешите еще раз преклониться перед вашей несравненной мудростью! — соловьем разливалась Люсинда, с трудом удерживая красного от натуги, пыхтящего и остервенением вращающего глазами старика.

Лесть — оружие хитрых (или умных? а, может быть, хитроумных? да-да, именно так). Ей подвластны все разумные существа, все без исключения. Без скидки на возраст, пол, интеллект и количество имеющихся в наличии ног или лап. Подействовала она и на паука. В воздухе что-то зашуршало, заворочалось и слева от сидящих — аккурат между двумя ольхой и вязом, ро-овнехонько посредине — возникла серебристая звездочка. Крохотная, не больше мухи.

Она то и дело подскакивала, кружась вокруг своей оси, и постепенно увеличивалась в размерах. Став величиной с крупное яблоко, она внезапно вспыхнула зеленым огнем. Полетели синие, желтые и белые искры, и все вокруг заволокло голубым дымом. На несколько минут мир вокруг потерял четкие очертания.

Эгберт, с открытым ртом наблюдавший за происходящим, наглотался дыма и теперь чихал и кашлял без остановки.

— Гер-ро-ой! — качая головой, заметил монах.