Девятая попытка Кота Митрохина

Иван уперся ногами в земляной пол, но его подхватили под руки, приподняли над землей и спиной вперед потащили к выходу.

– Прощай, батыр! – помахал ручкой монгол.

– Не трогайте его, вы! – Аленка подбежала к воинам, тащившим Ивана, и принялась колотить их слабыми кулачками. – Оставьте, кому говорю!

Левый воин грубо оттолкнул ее. Аленка упала, отлетев в сторону на пару метров. Старик, а за ним и его сынок залились смехом.

Аленку грубо схватил за локоть третий воин, поставил на ноги и оттащил от входа.

Девочка тяжело дышала и гневно сверкала глазами, безуспешно пытаясь высвободить руку из крепких пальцев.

Кот, про которого все забыли, тем временем медленно подобрался сбоку к старому монголу и, прячась за столиком, протянул лапу к мечу.

Кота выдал хвост…

– Повелитель! – предупредительно крикнул воин, заметив шевеление возле своего господина.

Старый монгол дернулся, словно от укуса змеи, и пихнул ногой Кота. Тот выкатился на середину юрты и попал в лапы четвертому воину, вбежавшему в юрту.

Кот извивался, пытаясь дотянуться когтями до своего обидчика, но воин держал Кота за шкирку в вытянутой руке и лишь посмеивался над пустыми потугами несчастного животного.

– Ай, вор! – осуждающе покачал головой монгол. – Хотел меч украсть, да?

Кот зашипел и забил лапами.

– Что с ним сделать, повелитель? – уточнил воин, державший Кота за шкирку.

– Э! – презрительно поморщился повелитель, шаря пальцами в котле с мясом. – Дай пинка и вышвырни вон! Терпеть не могу всяких котов-шмотов!

– А с девчонкой? – спросил воин, что удерживал Аленку.

– Отведи к моей старшей жене. Пусть готовят к свадьбе.

Оба воина поклонились и один за другим покинули юрту. Один толкал упирающуюся Аленку, другой нес обвисшего всеми лапами Кота.

Ивана как раз подтащили к круглой дыре в земле с металлическим ржавым ободом и откинутой на петле решеткой, подняли над дырой и, примерившись, разжали руки. Иван, вскрикнув, полетел вниз.

Зашипел, больно ударившись пятками о каменный пол, и вскочил, но круглая железная решетка из перекрещенных толстых прутьев уже захлопнулась. Куда повели Аленку, и что сталось с Котом, Иван так и не увидел.

От пола тянуло могильным холодом. Иван побродил по узкому дну глубокого колодца, насобирал разбросанной по полу прелой соломы, сгреб в небольшую кучку и уселся, положив голову на колени.

К вечеру заморосил дождь.

От сырости Иван продрог до костей.