Путешествие по одноклассникам с джинном Ваней

Его, обливаясь потом, на тачке подтащил Горбунок.

— Что за хрень?

— Меченосец! — пыхнул гаваной джинн. — Объели акулы.

— Ловили вместе с Пашей Брюхатым, — заржал Горбунок. — Он утверждает, что вы будете несказанно рады такому презенту.

— На кой мне ляд?

— Для фильма об Апокалипсисе.

— Может быть… — задумался Жорж. — А что если, этот остов будет выброшен к паперти церкви после термоядерного взрыва. Броская деталь! Спасибо Павлушке… Выходит, не зря я его оставил в живых.

— Мы к тебе, Жорик, по делу, — в панике сглотнул я.

— Во как!

— Попросил поспособствовать возвращению на Родину сбежавших капиталов. Ведь из-за них сучий кризис.

— Какой там кризис?! — зловеще расхохотался просветленный бандюган. — Грядет Апокалипсис. Конец мира! Расплата за человечьи грехи. Что жалкие денежные фантики-фантомы?

— Жорж, при всем к вам уважении, — полемически заржала зебра, — нельзя переводить дискуссию из экономической плоскости в плоскость метафизики. В логике это называется подменой тезиса.

Г-н Сергачев тряхнул головой:

— Не согласен! Именно об очищении всего мира Апокалипсисом я и снимаю свой фильм. А до метафизики и плоскостей мне дела нету.

Жорик махнул рукой. К нему подкатили золотую колесницу.

Сергачев подозвал костюмера, напялил попугаистый хитон. Сел в повозку:

— Вот, снимаюсь в особенной роли…

— А почему именно колесница? — сощурился Ваня. — Это что-то из древнеримской истории?

— Это не простая колесница, а огненная. В ней прибывает на Землю, а потом триумфально вкатывается в церковь, причем через стену, сам Господь Бог.

— Иди ты?! — попятился Горбунок.

— И знаете, кого я, как главный режиссер и генпродюсер, назначил на роль Бога?

— Кого же?

— Себя…

— Ты же — матерый бандит? Руки в крови по локоть?

Сергачев загрустил:

— Все в прошлом… А теперь я десять раз на день молюсь. Стал чист, аки ангел. Поэтому, кому как не мне, проламывать стены храма в огненной колеснице?

137.

Жорик обвел нас суровым взглядом:

— Впрочем, я заболтался…

Хлопнул в ладоши.

— Работаем! — начальственно прохрипел г-н Сергачев.

— Всем приготовиться! — благим матом закричала молодуха. Я заметил, что от природы она была наделена на редкость стервозным лицом. — Эпизод въезда огненной колесницы в храм. Дубль первый!

Ой, что тут началось… В церковь набежала орда богомольцев. Кран с оператором взметнулся под облака. По рельсам стремительно накатили шесть камер.