Быть с Бакланом. Часть I. Цветной челлендж

Внезапно эльфу почудилось, что невидимый свет разгорелся где-то между ними... нет, внутри него. Тепло потекло по телу, ослабляя уставшие от напряжения мышцы.

- Закрой глаза, - скомандовал человек, и эльф попытался вырваться из его ладоней. Тан-тэн ни на миг не позволял себе отвлечься, чтобы не потерять светлые маячки. - Закрой!

Все ужасы и страхи бессонных ночей, когда Тан-тэн не мог сомкнуть глаз, чтобы тьма не поглотила его - накрыли эльфа с головой. Он всю жизнь не высыпался, именно потому, что боялся спать.

Обычно вырубался, когда уже никаких сил не оставалось бодрствовать - и потом ходил чумной, вспоминая пережитый ужас... А тут, нужно... самому, добровольно?

Тан-тэн задергался, пытаясь вырваться, но чужак не выпускал его, буквально принуждая того опустить веки.

Внезапно Машин факел погас, оставив всех в кромешной темноте.

Душа Тан-тэна ушла в пятки. Маша тут же засуетилась, беспомощно пытаясь вернуть освещение, как было, Потап где-то там чего-то спрашивал, переживая за девушку, и лишь Пьер остался, как нечто неизменное.

- Смотри! - приказал он Тэну. - Свет внутри тебя! ...Видишь? Смотри внимательнее!

Мысли Тан-тэна забегали по пустой черепушке, в кромешной черноте, в поисках хоть какой-то искры света. И не найдя этого, запаниковал.

- Вспомни! - нашелся Пьер, не давая эльфу уйти в обморок, - солнце вспомни. Огонь. Магию. Свое рождение... Ну!

Тан-тэн не слышал, не хотел понимать, не хотел подчиняться, но внезапно что-то зашевелилось на задворках памяти.

Он не увидел, но представил. Свет как бы был, но его как бы не было. Но был же!

Тан-тэн отчетливо понял: можно не видеть, но главное «знать», что он где-то есть.

- Свет в тебе! - подтвердил Пьер. - Он внутри тебя.

И эльф, наконец-то, поверил ему, и тотчас ощутил в груди что-то такое, маленькое, искристое, едва видимое. Не солнышко, нет. Отблеск лазурного неба, штрих небесной выси.

Пьер отпустил эльфа, который тут же рухнул на колени и закрыл лицо ладонями. Судя по тому, как вздрагивали его плечи, он беззвучно рыдал, давая выплеснуться неудержимым эмоциям.

Маша судорожно хватала Пьера за руку, теребила и требовала зажечь огонь, достать зажигалку, или хотя бы отдать ее ей. Пьер молчал. Девушка не понимала, что происходит. Потап, рискуя подвернуть ноги, спешил к ней на помощь. Его вопросы и вопросы девушки, которые требовали от Пьера каждый свое - раздражали. Но при этом создавали беспорядочный шум, за которым скрывался плач эльфа.