Быть с Бакланом. Часть I. Цветной челлендж

Потом ей в голову пришла гениальная мысль. Она выкрутила гвоздик из мочки уха, вдела петельку кулона на стержень, и закрутила на место. Теперь у нее появилась симпатичная сережка.

А изогнутые металлические дуги ожерелья, она вдела за резинку волос, сделав из них подобие звенящих висюлек.

Успокоившись окончательно, Маша забралась под одеяло и сладко обняла подушку.

.

Пьер же спокойно прошел мимо Потапа, бросив на ходу:

- Буду спать на улице.

Ему не хотелось, чтобы гостеприимные хозяева были неприятно удивленны, обнаружив еще одного не званного парня в своем доме, особенно в спальне у девушки.

Он прошел до конца коридора, открыл окно и выпорхнул в него птицей. Ажурная салфетка спланировала на пол, вот и все, что осталось от его присутствия.

Потап долго стоял, ни о чем не думая, а затем зачем-то заглянул в спальню к Маше.

- Потап? - девушка подняла голову, услышав скрип двери. - Побудешь со мной? - попросила она. - Не могу уснуть, мне страшно одной...

Потап немного подумал и кивнул. Подтащил кресло поближе к кровати и уселся в него сторожить.

Машина рука выскользнула из-под одеяла, нашла его руку, сжала и так и осталась в его ладони до утра. Лишь чувствуя надежного человека рядом, Маша смогла уснуть.

Вот только к Михею сон никак не шел. Сперва он не мог дождаться брата, а когда пошел его искать, обнаружил, что тот заходит в спальню к Маше. Вот же предатель! Михей громко хлопнул еще одной дверцей, только уже своей.

.

Пьер нахохлился на коньке крыши, собираясь переждать ночь тут.

А потом вспомнил, что так и не продумал до конца стратегию и поискал, где бы обернуться.

Подлетел к незакрытому оконцу под крышей амбара, юркнул внутрь и уже человеком растянулся на жесткой соломе, а потом и вовсе в нее зарылся, начав подмерзать на свежем воздухе. Подложил руку за голову и принялся соображать, напряженно пялясь в потолок.

Глава 9. Мандариновый /зомби

Маша не хотела просыпаться. Ей было так хорошо! Солнышко припекало левую щеку, чувствовался запах мандаринов и лесной свежести, даже какая-то букашка ползла по ее руке.

Наверно, божья коровка. Прямо как в деревне летом! Даже лучше: такое бывает, когда в саду в гамаке засыпаешь и просыпаешься под шепот ветра и листвы... Вот только никакие птички не чирикали и насекомые не жужжали. Слышался, конечно, какой-то странный гул, будто рой пчел застрял в трехлитровой пластиковой банке. А еще мерный стук по дереву, будто кто-то долбился в дверь, старательно вышибая ее плечом.