Быть с Бакланом. Часть I. Цветной челлендж

За это они и получили свои прозвища, а не только из-за созвучных имен. Удар у Потапа был даже посильнее, но он сам по себе был не такой юркий, как близнец, чтобы успеть ударить в нужный момент. Но если уж вдарил, то будь здоров, пиши: «пропало». Даже татуировки с изображением медведей набили, типа знак: «не влезай, убьет».

– А, ты про Баклана, - догадался Потап.

Скривился, представив, что ощущает сейчас его братец, который в порыве гнева отлупил собственного препода, а в ответ не получил ни единого тычка сдачи.

Цел, здоров, не проиграл, а хоть вешайся!

Этот конфликт точно не исчерпался, только еще хуже стало. Дебилы!

– Да что ему сделается? - заверил Потап, чтобы успокоить девушку. – Годы тренировок, он же сам сказал.

«И сам напросился», - добавил про себя.

Деревушка, а вернее целый городок, встретил путешественников местным колоритом и неубывающим солнцем. «Северяне» в своей одежде сто раз вспотели, и прокляли непроветриваемую обувь. Пацаны хотя бы толстовки скинули и брючины подвернули, а Маша была вынуждена терпеть баню, поправляя мокрый шарф на шее.

Но без пререканий и нытья следовали они за Бакланом, который вывел их к людной площади. Здесь шла торговля, слышались разговоры на непривычном языке, было много смеха и сутолоки.

Пьер огляделся, покрутился, пожал плечами.

- Еще раз зачти, - попросил он, когда слева от него приземлился красный помидор. Потом справа другой. Пьер обернулся посмотреть, кто швыряется.

- Хэй, амиго… - только и разобрала Маша обращенную к Пьеру речь.

Тот в ответ так же бойко что-то ответил, они принялись общаться под мрачные взгляды Медведей, но этим все не кончилось. Помидоры продолжали сыпаться.

Потом дружелюбный туземец скрылся, кидаясь в кого-то, а в десятке метров от них нарисовались жгучие туземки – молодые и веселые девушки. И все, почему-то с красными томатами в руках. Именно они и швырялись в мрачных пришельцев, правда, только чтобы попугать.

Пьер что-то им там ответил, те развеселились, кинули еще по томату – Баклан увернулся.

Еще и еще раз. А потом позволил в себя попасть: нарочно раскинул руки, став неподвижной мишенью, и закономерно поймал их все. Засмеялся так весело, что Маша решила, что препод помешался. Теперь Пьеру прилетало помидорами не только от девчонок, другие тоже начали в него швыряться.

Маша посторонилась, но прилетело и ей – забрызгало соком ноги. Парни нахмурились, вышли вперед, загораживая девушку, кулаки у них зачесались.

- Спокойно! – улыбнулся Пьер.