Быть с Бакланом. Часть I. Цветной челлендж

- Что? Что опять? - забеспокоилась Маша, когда препод что-то пробормотал под нос и даже на секунду притормозил.

Ровно полсекунды Пьеру понадобилось, чтобы принять решение. Широкая улыбка поползла по его лицу, когда он шагнул слегка в сторону. Искривленное пространство захватило их в свои объятья и студентов разбросало в разные стороны.

Только что они протискивались сквозь узкий коридор, а тут вдруг оказались в просторном помещении, да еще и на расстоянии нескольких шагов друг от друга. А ведь до этого держались за руки!

- Не паниковать! - тут же напомнил Потап, выставив перед собой ладони, как будто бы пытаясь что-то остановить.

- Помню, - голос Маши дрожал. Она слышала голоса братьев, даже различала прежнюю кирпичную кладку на стенах и обоих Медведей недалече, но тут даже эхо было другим. Было волнительно.

Михей матюгнулся, но послушно остался стоять, где стоял. Он поставил корзинку на пол и принялся подсвечивать зажигалкой пространство вокруг себя.

Пьер сделал шаг в сторону, скрывшись в густой тени ниши. Принялся наблюдать.

- Я не боюсь, не боюсь, - шептала Маша, зябко обнимая себя за плечи, и боясь услышать малейший шорох позади себя. - Нет никаких зомби. Я справлюсь, справлюсь. Мамонт сказал стоять и ждать. Все будет хорошо, все будет хорошо, все будет... Ай!

- Что? Маша, что случилось? - тут же встрепенулся Потап, с трудом устояв на месте.

Он себя тоже уговаривал не переживать больше необходимого, и постараться поверить в друзей. В то, что они сами справятся - если он, конечно, верно понял намек Мамонта. Ну, что нужно научиться давать друзьям самим решать свои проблемы.

- Н-нормально, - Маша заставила себя стоять на месте, и на шорох позади себя лишь оглянулась. Ничего. Никого. - Все х-хорошо...

- Да епись оно конем!! - вскричал Михей, начиная размахивать зажигалкой так, что тени прыгнули в разные стороны, а огонь погас.

Показалось, что черная юркая тень птицы прыгнула на Михея и принялась его атаковать.

Потап весь извелся. Тихо, бесшумно вокруг - и только Медведь матерится и отмахивается изо всех сил. Хотелось броситься на помощь, но непонятно было, что происходит. На все вопросы Михей лишь ругался на Мамонта и, не переставая, отбивался от чего-то. Но на помощь не звал.