Бранд. Путь к Цитадели

Свен отодвинулся от своего юного визави, повернулся, сделал шаг, затем повернулся обратно и неожиданно задал негромкий вопрос

-Чем сильны витязи?

Подобный переход ошарашил Бранда. Вздох назад его хотели чуть ли не освежевать, и вдруг спрашивают. Отрок набрал в грудь воздуха, собираясь с мыслями, но тут Риггер продолжил. Очевидно, вопрос был риторическим.

-Умом, ученик. Умом и умением держать язык за зубами. Тебе последнего явно недостаёт. Думай, прежде чем говорить о том, чего не понимаешь, иначе долго не протянешь.

Сказав это, воин пошёл прочь. Он сдёрнул с пояса рог и, приложив его к губам, глухо провыл сигнал, подкрепив его громким кличем

-Стоянка окончена. Выдвигаемся!

Караван, разморенный солнцем, зашевелился, собираясь, сжимаясь, как пробуждающаяся змея. Бранд, оставшийся наедине со своими мыслями, отправился к телеге, зарекшись покидать её по меньшей мере до деревни.

(27) Высека(устар.) - участок пространства возле укрепления, поселения или дороги, очищенный от растительных массивов с целью предотвращения внезапных нападений.

(28) Травень - май. На севере Эрнского княжества в этот месяц обычно не слишком-то тепло.

(29) Сэконунг - дословно, морской король. Отчаянный и удачливый человек, имеющий много кораблей и воинов, но не имеющий земли и не признающий над собой ничьей власти. Зарабатывает, как правило, грабежом.

(30) Слегка поэтизированное название вышеупомянутых морских шаек. Дано в честь легендарного корабля мертвецов из легенд народа ладей.

Глава 9. Долг платежом красен

Остаток дня прошёл спокойно, так же, как и весь последующий. Отрок размышлял над словами витязя, тихо готовил на стоянках и старался не привлекать более внимания, не желая более ни приключений, ни неприятностей. Возница, навещавший время от времени пристанище Бранда, был не в восторге, но ничего не говорил, руководствуясь понятными ему одному причинами. Под конец четвёртого дня пути караван въехал в Кранн. Деревня и впрямь не поражала размерами. Десяток домов с глухим первым этажом(31), крепкий частокол в полтора человеческих роста, грубый колодец с тёмной жердью журавля - вот и всё богатство.

Впрочем, этот аскетизм вовсе не был показателем бедности - поселение было обеспечено всем необходимым, водилось даже серебро (его держали на всякий случай - вдруг, скажем, топор сломается, или кто-то серьёзно заболеет и его придётся лечить в городе). Именно на это серебро рассчитывал купец, договариваясь с Брандом.