Всё становится на места

Я уверена, увидев тебя на корабле, он очень испугался и приложил все усилия, чтобы ты оказался подальше. Он оставил тебя в безопасном месте и там, где можно получить помощь, значит, не желал тебе зла. Но думаю, кое в чём он ошибся. Ты действительно мог бы ему пригодиться.

— И я так думаю! — соглашаюсь я. — Тем более что с ним на корабле осталось всего два человека!

Нела хмурится.

— Я мало что знаю о кораблях, — признаётся она, — но уверена, трёх человек недостаточно для управления самым большим судном из всех, что есть в королевствах.

Если попадут в шторм, беда. Гилберт мог бы немного успокоить бурю, но я знаю, все силы он направит на отслеживание пути. Плохо дело.

— Баня готова! — доносится до нас звонкий голос мальчишки. Сообщив нам эту новость, он тут же уносится по своим делам.

— Вот что, — говорит мне Нела. — Ты сейчас пойдёшь, приведёшь себя в порядок, затем мы тебя накормим...

— Да мне кусок в горло не полезет сейчас! — возражаю я.

«Ещё как полезет!» — громко вмешивается в разговор мой пустой живот.

— Идём.

Нела обнимает меня за плечи и подталкивает в нужном направлении. И хоть она невысокая и выглядит мягкой, это впечатление обманчиво. Пожалуй, она и быка могла бы легко увести куда нужно. Так что вскоре мы оказываемся у небольшой бревенчатой баньки, где она меня и оставляет.

— Ни о чём не тревожься пока, — говорит Нела перед тем, как уйти. — Всё будет хорошо.

Вот за что она мне нравится. Есть в ней внутреннее спокойствие, которым она щедро делится с другими.

И если она говорит, что всё будет хорошо, то сразу веришь: всё непременно так и будет. Тревоги улягутся, добро победит, беды решатся сами собой, а как иначе?И вкусно пахнет хвоей, и вода как следует горячая, и даже чистая одежда взялась откуда-то и ждёт меня перед выходом. И я выхожу в осенний вечер, чувствуя себя полным сил (и очень голодным).

Меня уже ждёт сытный ужин: тут и зажаренная птица (похоже, курица), и свежие овощи, и тёплый, только из печи хлеб. За столом собираются все обитатели этого места, и меня знакомят с рыжей, как пламя, Доротеей (это она прежде была прачкой в Царь-Лодочке), с молчаливым Тибботом (это возлюбленный Доротеи, и как оказалось, именно он одолжил мне чистую одежду) и с Бартли.

Бартли — крошечный мальчонка, похожий на недавно вылупившегося, мокрого птенца. Он боязливо косится на меня и жмётся к Неле, в то время как другие дети, Фин и Симейт, о чём-то перешёптываются и тихонько смеются.