Всё становится на места

— А в это время, может быть, Брадан и Бартоломео уже будут лежать где-то в чаще Клыкастого леса, раскишкаканные хищными зверями, — добавляю я.

— Рас... что?

— Это я утром пообщался с Кантором, не обращай внимания, — машу я рукой. — Слово понравилось.

— Может, ты и домой теперь не захочешь, — хмыкает Гилберт. — Станешь здесь своим...

Тут он неожиданно замолкает и останавливается, глядя в сторону берега.

— Что такое?

Я дёргаю друга за рукав, но он освобождает руку и спешит вниз, к воде.

Поглядев туда, замечаю небольшое судно, лежащее на боку.

Вслед за Гилбертом я подхожу ближе и вижу, что это плавательное средство изрядно пострадало.В борту темнеет дыра. Доски прогнили, и часть корпуса, лежащая под водой, покрылась склизкой зеленью, покачивающейся в волнах. Похоже, это судёнышко пребывает в камнях у берега уже не первый год.Впереди явно была носовая фигура, но она отломана. Отсутствуют и мачта, и штурвал. Лишь на боку сохранилась часть надписи — «..ой ..в». На буквах заметны слабые следы позолоты.

— Зачем нам этот корабль? — спрашиваю я у Гилберта, который в волнении обходит судно кругом. — На нём мы уж точно не сможем уплыть.

— Ты что, не понимаешь? — он оборачивается ко мне, глаза горят. — Это же «Золотой лев»!

— Да, конечно, понимаю, — киваю я, и вдруг до меня доходит. — Это же «Золотой лев», понимаешь? Корабль Теодора!

— А я о чём говорю?

— Значит, тот Теодор, который живёт в Городе — это точно наш Теодор, теперь никаких сомнений!

— У меня и раньше почти не было сомнений, что он живёт на этих островах, — говорит Гилберт, — но тот ли это Теодор, о котором говорят люди? Есть сведения, что человек с таким именем живёт на вершине холма в школе колдовства, да ещё вроде бы и сам её основал.

Таких, как он, здесь мало. Что-то там они исследуют, держатся по большей части особняком, а какую пользу приносят — Теванна не смогла сказать. И главный у них сейчас кто-то по имени Марлин.

— Так ты мог бы пойти к ним, чтобы не работать на поле, — говорю я.

— Здесь ведь каждый занимается тем, что лучше всего умеет. А заодно бы и Теодора сразу нашёл.

— Нам с тобой лучше пока держаться вместе, — отвечает Гилберт. — Мы в этих краях всего второй день, следует соблюдать осторожность.

— Ты не веришь в доброту и искренность местных жителей?

— Предпочитаю присмотреться, а затем судить. И потом, меня берут сомнения, точно ли местный Теодор и принц — одно лицо.