Когда я убью дракона

Секира сорвалась с места и, плавно набирая скорость, вонзилась прямо посередине шеи летающего змея. Голова покатилась вниз, под ноги вышедшему из своего укрытия дяде Иосию.

Себастьян был жив. Расслабившись, Юлий позволил туману вновь объять свой разум. Его тут же переполнила невероятная легкость.

- Йо-хо-о-оу! Мы по-бе-ди-ли!

А потом он говорил что-то еще, но сам не понимал, что именно. Когда воздух в его легких закончился, мир перевернулся вверх дном.

Туман, окутавший его разум, более не давал ту пьянящую легкость странного сновидения.

Нависнув над ним, мраморный воин открыл пылающие глаза, а затем попытался засунуть его себе в грудь. Юлий кричал, что он будет раздавлен, звал на помощь, но никто не пришел. Тогда воин сменил тактику и стал прикидываться Тардлой, которая зачем-то переворачивала его и очень туго застегивала на нем рубашку.

- Он… - донеслось откуда-то из далека.

- Нет пока… Но крови много потеряй...

“Надо же,” - подумал Юлий - “Орки умеют плакать...”

Были и другие голоса.

Юлий слышал, как плачет Ийя, как ее отец говорит нечто трагично-торжественное, как его отец уговаривает остаться, ведь впереди еще столько приключений… Только то был не голос Пралия.

Вдруг все голоса смолкли.

“Ну вот и все” - подумал он, отпуская - “Прощай, чудесный мир, не плачь по своему доблестнейшему рыцарю слишком долго!”.

Но голоса вернулись. Полные ярости, они кричали. Он не мог ни узнать их, ни понять, что они говорят. Были ли то демоны? Он не возносится к небесам? Какой же страшный грех совершил молодой благородный рыцарь?

Тяжесть разлилась по всему его телу… Телу? Он действительно чувствовал свое тело! Какое же оно неудобное! И как он жил столько лет в этом тяжелом куске мяса с костями? Сквозь закрытые веки в глаза бил свет такой яркий, что даже жмуриться было бессмысленно.

Вместо этого Юлий попытался открыть глаза. Поначалу, он не мог разглядеть ничего кроме мутных образов.

- ...Я предстаю Альцмейстер Войска Распрекрасового! Имя мне Янеон!

Незнакомый голос звучал слева от Юлия.

Его речь была странным смешением тянущихся нараспев гласных и гаркающего армейско-приказного тона.

- Эльфийский народ возвращение в Изначальный Мир, - продолжал Янеон - дабы избавление его от неестественность и разрушение!

- Вы напали на мое королевство! - раздался знакомый рычащий голос в ответ.

- Неправильность. Мы лишь возвращение на наше место, - Янеон звучал слегка оскорбленно - Нападение - есть черта низших существ.