Шпага и кнут

— Ты сам-то кто такой? — недоуменно спросил один из крестьян.

Маг пожал плечами и представился:

— Мирингельм...

Крестьяне сразу отшатнулись прочь. Один из них с ужасом воскликнул:

— Ты чародей с Чандайской топи?!

— Ну да, — подтвердил Мирингельм.

Больше он ничего не успел сказать. Забыв о чудище, на которое охотились, и о странных ведьмах, крестьяне поспешно бросились бежать прочь.

— А ты популярен в этих краях, — хихикнула Лионелла.

Взглянув на Катарину, цыганка откровенно расхохоталась:

— Ну ты и пугало!

После короткого путешествия на пузе через кустарники одежда юной дворянки растрепалась, в спутанных волосах торчали ветки и пучки травы, лицо покрылось мелкими царапинами, а веснушчатый нос почернел, словно девушка пахала им землю.

— Ты на себя-то посмотри! — обиженно огрызнулась Катарина.

В самом деле, цыганка выглядела ничуть не лучше: была такая же исцарапанная и растрепанная. Глядя на нее, Катарина не могла долго обижаться и тоже расхохоталась. Мирингельм недоуменно переводил взгляд с одной на другую, вызывая у юных спутниц лишь новый приступ хохота.

Вдоволь насмеявшись, Катарина внимательней присмотрелась к птице, на которой по-прежнему восседала Лионелла. Странное пернатое существо уже заметно успокоилось, хоть и нервно крутило головой, с настороженностью поглядывая на людей. С удивлением юная дворянка заметила уздечку на голове птицы, на спине же подпругами крепилось седло, в котором и восседала цыганка.

— Когда ты успела его оседлать?! — изумилась Катарина.

— Ты головой ударилась, что ли? — отозвалась цыганка.

— Не выделывайся! — огрызнулась Катарина. — Ты ведь тоже сразу ничего не заметила.

— Ну ладно, — неожиданно быстро смирилась Лионелла.

Она спустилась на землю и погладила своего необычного скакуна.

— Наверное, там, откуда его вытащил наш приятель, на этих птицах ездят, — предположила цыганка.

— Наверное, — согласилась Катарина.

Повернувшись к Мирингельму, дворянка потребовала:

— Возвращай осла!

— А мне, честно говоря, жаль его назад отправлять, — вздохнула Лионелла, снова погладив пернатого скакуна.

— Давай переколдовывай быстрее, — поторопила Катарина чародея. — Пока кое-кто тут сопли не распустил.

Лионелла сердито сверкнула глазами, но почему-то промолчала. Мирингельм отложил в сторону свои мешок и книгу, воткнул жезл в землю, потер ладони и приготовился к магическому действу.