Шпага и кнут

Еллионар растерянно потеребил свою бороду, вздохнул, кашлянул, закрутил усы за уши и последовал за всеми.

Задыхаясь от быстрого бега, Катарина прохрипела на ходу:

— Что за чертовщина тут происходит? Кто они такие?

— А ты еще не догадалась? — отозвалась Лионелла. — Ну ты и тупица!

— Пообзывайся еще! — оскорбилась Катарина. — Знаешь, так скажи, не выеживайся.

— Это же вампиры! Неужели не понятно?

— Вампиры?! — ужаснулась Катарина.

— Ну или людоеды, — уточнила цыганка. — Сама выбирай, что тебе больше нравится.

— Ничего мне не нравится! Почему они за нами гоняются? Их же всех давно истребили.

— Ага, ты пойди им это докажи.

Похоже, благородный предок Катарины, досточтимый сэр Астан — истребитель вампиров и победитель драконов, как и его товарищи по ремеслу, и в самом деле проявил халатность, одолев не всех представителей темных сил и тем самым оставив своим потомкам возможность для подвигов. Вот только почему-то именно сейчас Катарине меньше всего хотелось геройствовать, желание имелось лишь одно — убраться как можно подальше от страшной пещеры и ее зловещих обитателей.

Однако выбраться из пещерных лабиринтов оказалось не так-то просто. Пока не хотелось думать о худшем, да, собственно, и некогда было раздумывать, но уже становилось понятно, что девушки безнадежно заблудились.

— А Еллионар, он кто? — снова спросила на бегу Катарина.

— Наверняка такой же кровосос, — предположила Лионелла. — Понимаешь теперь, что они говорили о вечности?

— Кажется, понимаю.

Понять действительно было нетрудно.

Любой крестьянин в Ламберании с детства слышал страшные предания-сказки о вампирах и знал, что уничтожить их почти невозможно. По крайней мере, своей смертью такие твари не умирают.

Стены коридора сузились, а потолок опустился так низко, что пробираться дальше пришлось чуть ли не на корточках. Как ни странно, никаких признаков погони не чувствовалось и Катарина даже начала надеяться, что их просто оставят в покое. Впрочем, утешение было весьма слабое — заблудившись в лабиринтах пещерных ходов, девушки все равно были обречены на верную гибель от голода и холода.

Единственной добычей, пригодной для пропитания, здесь могли послужить разве что крысы.

Стоило только про них вспомнить, как раздался писк и под ногами прошмыгнула тень. Лионелла взвизгнула и подпрыгнула так, что ударилась головой о низкий каменный свод. Похоже, насколько Катарина трепетала перед всяческими ползающими многоногими тварями, настолько цыганка опасалась всевозможных грызунов.