Фуд-бой

Судя по этим данным, я должен чувствовать себя как беременная мать-качок под стероидами, у которой сломался переключатель аппетита.

— Где ты все эти термины выучил? — удивился Митя.

— Да толку, что выучил, — буркнул Петя. — Русичёвич сотворил со мной что-то ненормальное. Я болен. И не знаю, как вылечиться. Зато жру искусственные крылышки «Потапыча» по шестнадцать часов в сутки.

— Знаешь, — неуверенно начал Умирашкин. — У бати есть выход в Интернет через пиндосо-провайдер. Он рассказывал про сайт, где ты заказываешь настоящую еду, а потом забираешь её в…

— Настоящую еду? — Перебил Петя.

— Ну, без пластика.

Одну переписку с барыгой спустя…

Друзья, следуя инструкции закладчика, шли от метро Двуперстовская в сторону Площади люмпенской революции. Оба оделись в берцы и серые пайты-капюшоны — так, по словами Умирашкина, одевались все жители областей. Петя впервые вышел на внестоличной станции метрополитена: по разбитым дорогам ездили бензоповозки с ручным управлением, а в небо упирались дореволюционные Горбачёвские высотки.

Закладчик сказал, еда спрятана в заброшенной кочегарке под люком — но ни Петя, ни Митя не знали, что такое «кочегарка», поэтому долго плутали. Наконец, Петя отшвырнул чугунную крышку люка (Митя восхищенно ваукнул) и извлек закладку с надписью: «бюджетный фудпак «Бабушкин каприз». В закладке оказалась медицинская емкость для сбора кала с надписью «борщ», обернутый в страницы из натуральной бумаги брикет «пампушка» и судочек со странной пометкой «котлеты по-киевски». Дети в жизни не нюхали ничего вкуснее.

— Дашь мне попробовать чутка? — Облизнулся Умирашкин.

— Не здесь. Кто знает, как меня трипанёт от «бабушкиного каприза».

Друзья возвращались к метро под вечер. По улицам сновали офисные планктоны по 215 сантиметров росту. Работники-переростки спешили из офисов к пищевым ларькам: толкались, трясли грушеподобными телами, вздымали тощие руки к заменяющему ночное освещение спутнику-фонарю. В тусклом свете мелькали их несуразные кулачки с зажатыми ассигнациями.

Школьники почти добрались до Двуперстовской. Но у самого метро в толпу ворвался патруль казачьих медведей.

— Сотрудники Жиргвардии обслуживаются вне очереди!

Петю отшвырнула нашивка с трёхглавым орлом. Мальчик впервые увидел гвардейскую эмблему так близко: в одной лапе орёл сжимал молот, в другой сосиску. Гвардейцы размахивали сосископодобными дубинками, пробиваясь к киоскам. Голодные планктоны отступали.