Слово о Кощее Бессмертном и его друге Змее Горыныче

Даже пленники – нет чтоб бежать спасаться, пока все заняты – только рты раззявили на явление. И зря, потому что стражники, хоть и притоптанные, в конце концов опомнились и решили дать отпор беспредельщику. Но только с силами собралися, глядят, следом из того же тумана летит не туча чёрная – змей триглавый, огнём дышащий. Подлетел и завис над полем боя, ухмыляясь и будто спрашивая: «По шашлычку или сами свалите?»

«Ка-анешна, сами!» – согласились стражники и рванули по пенькам и кочкам наперегонки с конями, опрокидывая телеги с казённым имуществом пополам с пленниками.

Богатырь им в том не препятствовал, только отстающих и ленящихся сокол подогнал, настучав по голове для бодрости. А когда пространство очистилось, вернулся богатырь к местному населению, так и смотревшему на всё это с отвисшей челюстью. Рядом змей приземлился, с интересом приглядываясь.

– Так и будем стоять, родимые? – ехидно прищурилась одна его голова.

– Нет, чтобы в дом пригласить или спасибо сказать для приличия? – поворчала другая.

– А то ведь, не накормите гостей, так они сами быстренько найдут, что сожрать из готового, – намекнула третья, плотоядно оглядываясь.

– Фе-едя... – укоризненно покачал головой богатырь.

– Ладно-ладно, шучу, – хмыкнул змей. – Но смотри, кощеюшко, до вечера не очухаются, я за себя...

...И тут селяне очухались.

«А-А-А!!!» – взвыли они дружно и сорвались по тем же кочкам не хуже стражников. Даже пленники, что на земле валялися, и то ускакали – прямо связанные! Товарищи только взглядами их проводили удивлёнными.

Богатырь подождал немного и посмотрел на змея осуждающе.

– Ну вот, напугал... А зачем?

– Кто ж знал, что они такие пугливые? – смутилась одна голова.

– Ага, травма у них детская... по башке деревянной игрушкою, – скривилась другая.

– Жрать захотят, вернутся! – легкомысленно отмахнулась третья. – Добро-то ихнее всё при нас осталось.

И опять запылал костёр, в кои-то веки настоящими дровами растопленный – не абы какими, берёзовыми! На заботливо подгорнутых угольях аппетитно шкварчали ломти медвежатины, добытые из мешков с конфискатом.

А у огня сидели герои наши, от мошкары лапником отмахивались и беседу вели о вечных ценностях, потому как пожрать – оно вечно хочется.

– Ну, мо-ожно?.. Ну, хоть кусо-очек?.. Ну, ма-аленький?.. – канючил змей всеми тремя головами, на угощение уставившись, и слюною истекал от нетерпения.

– Сиди, – отрезал богатырь, вороша угли, а сокол на плече его кхакнул презрительно, мол, вот ещё герой выискался.

– Да-а-а?..