Меч некроманта

Причем, в старинных легендах такая штука встречается не раз, и будь вы посообразительнее…

— Не тяни время, — сказал Хромоногий. – Выкладывай, что ты по этому поводу думаешь.

— Да не думаю, а знаю. Мы не ляжем в землю до тех пор, пока не отомстим за своего Повелителя.

— Кому?

— Крысиному королю.

— Он-то тут при чем? – удивился Хромоногий. – Разве он сделал так, что Повелителя отбыли?

— А кто еще? Думаешь, дракон появился ни с того ни с сего? Нет, его кто-то вызвал. И кто мог это сделать, кроме крысиного короля? Кому это в тот момент было выгодно, кроме него? Обратите внимания, вы, олухи, что из всех слуг Повелителя остались существовать только мы, те, кто доставил крысиного короля в замок.

— Так-то оно так… но… — задумчиво промолвил Хромоногий.

— Все верно, — заверил его Проломленный Череп. – Мы остались существовать для того, чтобы отомстить за Повелителя. Кому – мы знаем. Ну, а дальше – как во многих легендах. И не будем мы знать покоя, пока не выполним последнюю волю нашего Повелителя.

Они помолчали.

Наконец Хромоногий сказал:

— Нет, я так не хочу. Вечно скитаться – не согласен.

— В таком случае, — Проломленный Череп указал топором в сторону ворот мира, — нам туда. За крысиным королем.

— Да. Конечно, — язвительно промолвил Хромоногий. – Спорим, он уже миновал перемычку? А даже если этого не произошло, то вот—вот случится. Он уйдет.

— Мы последуем за ним.

— Нас не пропустят.

— Найдем возможность, — безапелляционно сказал Проломленный Череп.

Широкая Кость подобрал с земли меч и, проведя косточкой пальца по лезвию, проверив его остроту, заявил:

— А ведь он прав. Похоже, ничего другого нам не остается.

— В самом деле, —согласился Хромоногий.

— Хватит рассусоливать, — гаркнул Проломленный Череп. – Мы выступаем в поход, для того чтобы отомстить крысиному королю. Слушай мою команду…

81.

В нескольких десятках шагов от ворот мира стояла каменная скамеечка. Крысиный король сидел на ней и смотрел на то, как через ворота проезжает запряженная игуанами телега, груженная сухой корой бумажного дерева. Створки ворот по этому случаю открыли настежь, и можно было разглядеть длинную, тонкую перемычку между мирами, заканчивающуюся с другой стороны еще одними воротами.

— Меня почему-то к тебе влечет, — сказала смерть. – Слегка притягивает.