Брежнев и Я

То ли это была личность какого ни будь определённого человека. Или какое-то историческое событие. А из этой песни он так и не понял о ком она.

– Какая интересная песня, – пробормотал Леонид Ильич, – вот только я не понял… кто это у нас такой? Почему фамилию не назвали?

– Да ведь и так все знают, Леонид Ильич! – Весело, подобострастно ответил Песков.

– Да? – Несколько удивлённо спросил Брежнев, удивляясь прежде всего самому себе. Как же это он мог не знать такого человека?! Вот Чкалова он знает, Гагарина знает.

Даже Кастро знает… а этого не знает. И тут ему стало даже как-то обидно за себя: «Вот сейчас этот щегол подумает что я необразованный человек». – Но тяга к знаниям, к познанию, открытию для себя чего-то нового всегда была в крови у большевиков. И эта тяга побудила Брежнева, в некоторой растерянности, задать следующий вопрос:

– И кто же это такой?

– Вы, Леонид Ильич! – восторженно ответил Песков.

– Я?? Я супер… как его?.. мен??? – потрясенно произнёс генсек.

– Конечно же вы, Леонид Ильич! – Песков всё больше и больше осознавал, что сегодня его день, – вы же всё в своих руках держите! Вы им всем (кому «всем» Песков и сам не понимал кого он имел в виду) ещё ух! Покажете! –

При этом Песков потряс своим кулаком у себя перед носом.

После этих слов Пескова Брежнев, в кресле, принял величественный вид. Такой какой принимают люди когда с них пишут портрет. Слова песни, вся эта ситуация в целом, и прежде всего разъяснения его пресс-секретаря по поводу материала изложенного в песне, до глубины души растрогало

Леонида Ильича.

Слегка дрожащим голосом, от волнения, он произнёс:

– Уж я-то покажу… я так покажу… что сразу все поймут… рано меня ещё со счетов списывать!

– Ой, рано Леонид Ильич! Ой, рано! Абсолютно рано! – затараторил Песков.

А тем временем в зале всё продолжались и продолжались бурные овации в честь Генерального Секретаря ЦК КПСС. И Пескову подумалось, что пора бы Брежневу отреагировать на это дело. Пора бы сделать алаверды. То есть показаться народу.

А то не красиво как-то получается…

– Леонид Ильич, – неуверенно обратился Песков к генсеку, – народ хочет с вами пообщаться. И он показал пальцем в зал.

– Да, надо… – и Брежнев стал тяжело, неуверенно подниматься со своего кресла. Песков было хотел поддержать его под локоть… но Брежнев слегка нахмурился давая пресс-секретарю понять, что в его помощи он не нуждается.

Поднявшись Леонид Ильич предстал перед Песковым как колосс Родосский.