Дом нас съел

Как загипнотизированный, Игнат сделал несколько шагов внутрь, и тут ему попался на глаза маленький предмет, лежащий на полу. Не узнать его просто невозможно. Посреди странной комнаты лежал кошелёк Остапа.

Неужели брат тоже был здесь? Но как он мог потерять кошелёк? Почему именно тут, в этом заколдованном доме? Игнат подозревал, что это связанно с тем, что скрывала занавеска. Он поддался манящему чувству, прошёл в угол комнаты и отдёрнул её. За ней находился угольно-чёрный провал, который так и искушал прыгнуть внутрь.

Но Игнат не торопился делать этого. Он вообще ничего не делал на горячую голову, поэтому стал размышлять, хотя мысли получались паническими.

Если Остап вошёл сюда, то куда он затем пропал? Неужели прыгнул в этот провал, поддавшись маниакальному желанию? Это в его духе. Но зачем тогда оставил здесь кошелёк? Не случайно же он упал с его пояса? Или, может, из провала выбралось чудовище и сожрало Остапа всего, кроме кошелька? Но тогда осталась бы кровь... Если Остап прыгнул в этот провал, Игнат должен последовать за ним! Что бы ни ждало его там, он должен спасти брата!

Игнат обессиленно сел на землю — пол комнаты.

Чёрный провал сводил его с ума. Желание прыгнуть всё нарастало и нарастало, но логика сопротивлялась эмоциям. Она говорила, что, раз ты находишься в заколдованном доме, не стоит бездумно следовать странному желанию явно магической природы. Но Остап не ладил с логикой, он-то наверняка прыгнул...

Остап — всё, о чём Игнат мог сейчас думать.

***

Остап уже смозолил ноги ходить по совершенно одинаковым пустым комнатам.

Он прошёл уже не одну версту. Ну не может дом, пусть даже заколдованный, быть таким длинным!

Он открыл очередную дверь, попал в очередную пустую комнату и издал горестный вздох. Казалось, ничего не изменилось, но тут он услышал странный звук. Как будто вдалеке рыдал ребёнок. Остап снова открыл очередную дверь...

И вдруг всё изменилось. Он попал в комнату с печкой, заставленную шкафами и столами. Она очень походила на кухню. Один из ящиков, первый к полу, был вытянут.

Внутри лежали луковицы, одна из которых валялась рядом, надгрызенная. А кроме того, в ящике, застряв между днищем и верхом, лежал и брыкался ребёнок. Он изо всех сил ревел и вырывался из плена. Но ничего не получалось.

Остап подбежал к ребёнку, с усилием помог ему высвободиться и поставил на пол подальше от злополучного ящика. Но, оказавшись на свободе, ребёнок только снова пополз назад и начал втискиваться в узкую щель.