Милый мой Игнатиус

— Сомневаюсь, что мы его здесь найдём.

— Нам не нужно его искать.

— Для чего мы тогда сюда шли? Чтобы консервов поесть?

— Нам нужно выгнать его из коридоров. Пройдём по Окраине, он нас почувствует, испугается и выйдет наружу, а там уже Василиса с тёткой Костромой его возьмут.

— Вот как, просто пройти. А кроме него нас больше никто не почувствует?

Словно в ответ на мой вопрос тряпьё у стены зашевелилось и из него выползло нечто. Я едва не подавился. Хорошо, что Протекта лежала рядом, тянуться не надо. Я вскинул дробовик к плечу.

..

— Не бойся, не тронет, — удержал меня жабоид.

— Кто это? — прошептал я.

— Азбит.

Описать то, что к нам подползало, было сложно, легче пристрелить. Не-до-человек-не-до-животное, бурого цвета, когтистое. В общем, видели Голлума? Ну так вот он красавчик в сравнении с этим существом.

— Они не опасны? — всё ещё не снимая ладонь с Протекты, спросил я.

— Очень опасны. Видел бы ты, как они двигаются. По вертикали, по горизонтали. Взгляд не успевает за ними.

— А этот инвалид что ли? Едва лапами перебирает.

— Этот наш, — и добавил со вздохом. — Миша Свиньин. Мы с ним в этой коморке часто бывали. Он теперь здесь живёт.

Азбит подкрался к Дмитрию Анатольевичу и со вздохом положил голову ему на колени. В глазах отразились остатки разума. Жабоид погладил его, почесал за ухом, совсем как собаку. Неужели и меня он так же будет почёсывать?

— А чем он питается?

— А кого поймает, тем и питается. Если интересно, пошвыряйся в тряпье, увидишь, чьи кости там лежат.

Мне не было интересно.

Единственное, что сейчас меня интересовало, это как избежать подобной участи.

[1] кристаллы или группы кристаллов, растущие на стенах пещер в произвольных направлениях.

Глава 22, в которой мы уходим в омут с головой

Во сне я почувствовал, что азбит смотрит на меня.

Я открыл глаза, увидел склонённую надо мной готическую маску и ощутил страх — липкий, как мёд; он ползал по телу жирными клопами и сосал из меня жизнь...

Или... не клопы — это азбит ковырялся в моём мозгу, проверяя, что в нём есть.

Своею волей азбит подавлял мою волю, и я понимал, что не могу пошевелиться, не могу взять Протекту и всадить в него заряд дроби...

Свой, свой, свой — шевельнулась в голове чужая мысль. Он телепат. Они телепаты! Ты слышишь меня? Слышишь?

Ручей твой путь, ручей твой путь...

Ручей? Мой путь пролегает по ручью? Вдоль ручья? Куда он меня приведёт?

Приведёт, приведёт...

Азбит облизнул бледные губы и отошёл. Он сказал всё, что хотел сказать.