Маша выбирает яркие цвета

- Простите, моя фея Мари, - и снова щелкнул пальцами, и такие же шарики, только большие и яркие, ярче люстры, засияли под потолком.

И вот тут уже Маша ему поверила.

6.

А я шаман из этой самой непопсовой страны,

И я пою – и духи слышат меня

Жиль полагал, что ему придётся убеждать фею в том, что он нездешний. Но фея совсем не знала тех имён и названий, что он произносил ей, и он понимал – господи, не просто нездешний, совсем нездешний. Куда ж Эмиль его забросил?

Конечно, убранство дома совсем не походило ни на что, ему знакомое.

И сама фея выглядела изумительно – сейчас, я ярком свете, он убеждался в том снова и снова.

Волосы цвета розовых лепестков. Глаза подрисованы – но не так, как у знатных дам двора кузена Генриха, а смелее и ярче, и как-то живее, что ли, лицо не как маска, а как человеческое лицо. Одета странно – серая вязаная туника, синие шоссы, никакой сорочки не видно, зато много украшений. Но тоже совсем не таких, как он привык – не жемчуг в три ряда, не драгоценные камни, а… совсем иначе.

На шее серебряный дракон на цепочке, и ещё просто цепочка, и бусы какие-то из лазурного камня. Одно ухо в драконе целиком – будто сверху сидит, крыльями обхватывает, а хвостом проколол мочку, господи, как так можно-то, вот бы потрогать! А во втором ухе…. Крошечная кошка. Вроде тех, что ходят по дому.

Вся она была странная. Странная – но при том очень притягательная.

Но он здесь гость, и не просто гость, а не то из милости подобранный, не то вовсе пленник.

- Госпожа Мари, прекрасная фея, если я могу что-то сделать для вас – только скажите. Я с радостью.

- Да что ты можешь-то, - вздохнула она. – И это, со мной на «ты», хорошо? Я умею говорить вычурно, но только если на игре. А просто в жизни это не всегда уместно.

- Наверное, ты права, прекрасная фея, - не стал спорить Жиль.

- Ты что-нибудь ел?

- Да, я нашёл молока и хлеба.

- Уже хорошо. А пельмени сварить не судьба была? Ну ладно, сейчас поедим.

Она поднялась и принялась ходить туда-сюда, сменила свою тунику на другую, потоньше и попроще, и со странными короткими рукавами, и шоссы тоже сменила.

Звала кошек, кормила их, они хрустели из мисок какими-то маленькими пахучими кусочками. Делала какие-то пассы рукой – и грелась вода в прозрачном кувшине, загорался огонь на печке, на нём булькала кастрюлька, фея бросала туда какие-то белые кусочки.

- Наверное, тебя бесполезно спрашивать, с чем ты любишь пельмени, - вздохнула она.