Долго ли, коротко...

Когда он добрался до костра, у палатки зевал и потягивался Могилов.

— Где мое яйцо?

Могилов забыл опустить руки и закрыть рот, так и уставился на босса.

— Где водитель, Адар? Он через эти кусты пошел тебя будить.

— Я никого не видел. Из кустов, кроме тебя никто не вылезал.

Сергей Сергеич стал шарить и искать по еще темным кустам. Могилов бросился помогать, хотя сам не знал, что он ищет. И вдруг он споткнулся о тело на земле и сам рухнул в заросли. Сергей Сергеич ранулся на его крик, и они оба уставились на труп, который лежал лицом вниз.

— Мертв? — Спросил Сергей Сергеич.

— Боюсь, что да. Жаль, Кузьма хороший водитель был.

— Наверное, тоже споткнулся и шею сломал. Ищи яичко каменное, Адарчик. Оно тут рядом где-то должно быть. Он его в руке держал, да, видно, выронил. Укатилось куда-то проклятое... лишь бы не в реку.

Они долго шарили по земле и по траве, возле тела и далеко от него. За ними наблюдала черная птица с ветки сухого дерева.

А когда они, наконец, бросили бесполезные попытки, и Могилову пришлось сесть за руль и увезти глубоко расстроенного начальника, ворон перелетел в соседний лесок.

Там он еще разок проверил полупрозрачное яйцо в большом старом гнезде, прикрыл его сухими листьями и, сложив крылья, камнем понесся к земле. Приземлился на корточки, однако, не ворон, а тощий и высокий парень с очень рыжей подростковой бородкой и близко посаженными глазами. Он встал, вынул из кармана мобильный телефон и позвонил в службу скорой помощи города Красноярска, чтобы сообщить о неизвестном, потерявшим сознание и найденном туристами в лесу, недалеко от берега Енисея. Он указал координаты и добавил:

— Мы пытались, но, вероятно, это кома. Мы положим его у нашего костра. Да, костер совсем близко от дороги. Нет, ждать мы вас не будем. Сами разбирайтесь. Мы желаем остаться анонимами.

После этого он выключил телефон и сказал вслух.

— А этот тебе чем не понравился?

У его ног будто ветер прошуршал сухой сосновой хвоей, и послышался еле слышный шепот:

— Костик, он же отнюдь не царевич.

Он хуже того лысого в кепке. Вот кабы добрый молодец, красивый, да черно-кудрявый... А у этого мания величия... врет много. Он дядьку этого даже не перевернул – яйцо искал пол-дня. А у шофера Кузьмы жена, дети и внуки. Мне совсем не все равно, с кем следующую тысячу лет жить.

— Ты же обещала, что в этот раз отпустишь. Дай и мне, наконец, состариться и спокойно поиграть в домино на лавочке.

— Да отпущу, отпущу... Не волнуйся, меднобородый.