Дюймовка, попаданка-вредина

Плотный рой полосатых чудовищ с острыми жалами устремился за нею.

Надежда на то, что монстры запутаются меж стволов, не оправдалась — они ловко ныряли в просветы и неслись вперед, наступая на пятки. Вика тоже неслась, стараясь не утонуть в отчаянье — что-то подсказывало ей, что победительницей марафона станет не она. О том, что случится после проигрыша, она старалась не думать.

Взгляд метался по сторонам, ища укрытие, но вокруг не было ничего, кроме равнодушных деревьев. Монстры наступали…

Странный дом появился внезапно, словно вырос из-под земли.

Тот, кто его построил, имел странное представление об архитектуре — комнаты были приделаны одна к другой в хаотичном порядке, отчего строение было похоже на сваленный в кучу детский конструктор. Поднажав, Вика помчалась туда, где по ее представлениям находился вход — набитые друг на друга доски смутно напоминали крыльцо. Рядом на земле валялось уже знакомое бревнышко.

«А-а-а! Спасите-помогите!» — завопила Вика, одним махом миновав кривоватые ступени, дернула за ручку и, обнаружив, что дверь закрыта, заколотила в нее кулаками.

Глава 14. Побегушки

Дверь распахнулась, и Вика влетела внутрь. Любитель бревнышек оказался сообразительным и, что немаловажно, ловким — захлопнул дверь почти мгновенно. Послышались глухие удары, и деревянное полотнище проткнули длинные штыри, высунувшись сантиметров на двадцать. Прикинув, сколько осталось на улице, и какой величины жала у нападающих, Вика содрогнулась.

— Вот спасибо, — скривился хозяин дома. — Дверь мне испортила.

— Какая-то дурацкая дверь тебе дороже моей жизни? — с обидой воскликнула Вика. И получила в ответ не менее обиженный возглас:

— Конечно! Я ее полгода вот этими руками строгал, — вредный тип сунул Вике под нос мозолистые ладони.

— А если бы я погибла? Если бы эти монстры меня сожрали?!

— Да не сожрали бы они тебя. Так, пожевали бы, да и выплюнули. Они травоядные, человечиной не питаются. Как ты вообще умудрилась их разозлить?

— Я их не злила, они сами. Прилетели и как накинутся!

— Ну да, рассказывай.

— Сам рассказывай! — обиделась Вика. — Если они человечину не жрут, зачем им такие жала?

Металлические штыри потихоньку утягивались обратно, но все-равно выглядели жутко.

— А как они, по-твоему, будут хлебнику свою есть? — хозяин дома посмотрел на Вику как на дурочку, но все же снизошел до объяснения: — Она жжется, а сок внутри. Вот они жалами своими его и высасывают.

— Хлебнику? — переспросила Вика. — Красненькую такую?

— Ну да.