Проклятие ведьмы. Половинка

— Ты это… давай не отвлекайся! — Агапка строго глянула на травницу, вгрызаясь в луковицу, словно в яблочко наливное. — Думай, как соперниц от него отвадить.

Заряна едва смогла сфокусировать на ней взгляд, решительно отставила кружку, развела руками.

— Я даже не знаю. Да мне и Матрёна строго настрого запретила использовать наговоры.

— Думай лучше. — Хавронья сунула огурец в руку Заряны. — На–ка вот, погрызи, а то вообще ничего не кушаешь. — Задумчиво свела брови, — А если не наговоры? Может, что другое есть?

— Кажется, придумала.

— Заряна поднялась со стула и на нетвёрдых ногах прошлась по комнате. — А если подлить сенной настойки в березовицу, которую специально сварили для девиц? Её как раз никто и пить не будет, кроме девиц–красавиц, она ведь совсем не хмельная.

— Что есть такое сенная настойка? — Маняша спустилась на пол и, толкая перед собой стул, добралась до кровати, ворча себе под нос, с кряхтением полезла на неё. — Мне срочно нужно прилечь.

— Это, кажется, послабляющее, не? — неуверенно предположила Агапка, подозрительно рассматривая в своей руке пучок зелени, решительно затолкала в рот и принялась пережёвывать.

— Так и есть. — Заряна присела на стул и потёрла виски. — Но я не уверена, что так будет правильно.

— Знаешь что? Сейчас все способы хороши. — Агапка поднялась на ноги. — Выбирать не приходится. Сама сказала, сколько их вокруг него вьётся, вот пускай лучше в кустиках посидят. — За спиной на кровати в голос засмеялась Маняша. — Чего ржёшь? Мы таким способом проредим ряды… — Нужное слово напрочь выскочила из головы домовухи и не хотело никак вспоминаться.

— Девиц этих раскрасавиц, едрёна кочерыжка. — Громко икнула и смущённо прикрыла ладошкой рот.

— Тогда чего сидим? — Хавронья Петровна поднялась на ноги. — Вперёд! За княжича! За любовь Ярослава!

— Да! — закричала Заряна, поддаваясь всеобщему боевому настрою, и решительно направилась к выходу из комнаты. Распахнула дверцы шкафа и остолбенело замерла на месте, разглядывая вещи перед собой.

Маняша только поправила на себе одежду, туже подвязала платочек и собралась слезть с кровати, но увидев, что Заряна решила выйти через шкаф, повалилась обратно на подушки, захлёбываясь в безудержном смехе.

— Так. — Хавронья осуждающе посмотрела на младшую домовуху. — Маньке больше не наливать!

— Зарянке тоже, — внесла своё слово Агапка, подходя к травнице и толкая её в сторону настоящего выхода, а сама притворила дверцы шкафа.