Больше никаких эльфов

У каждой статуи на мосту имелось свое имя и история, к каждой наивное студенческое язычество предписывало обращаться с просьбами определенного рода. Например, у пятой справа химеры, изображавшей гигантскую жабу с клыками, когтями и хммм… мужскими причандалами необъятных размеров, эти самые причандалы сияли не меньше, чем нос Мафуши. Жутковато смотрится, если честно. Не хочу знать кто и с какой целью полирует клыкастой жабе ее исполинское достоинство.

Я перегнулась через бортик и уставилась вниз. Под мост, где сквозь кисею туманной дымки виднелась выжженная безжалостной магией земля.

Не безжизненная, хотя лучше бы была таковой. Фонд изучения поверхности иногда организует экспедиции вниз, из которых привозит образцы жуткой растительности и тварей пострашнее горгулий и химер.

А если поднять взгляд, он упрется в необъятную скалистую стену, тянущуюся вдаль не на один десяток миль — Остон парит в воздухе чуть выше университетского городка. Дартвардский мост доходит до парковки, прозванной Коралловым пирсом за форму, напоминающую ветвистый кусок коралла, и разлетается от нее к городу десятками подвесных мостиков.

Говорят раньше, когда этих мостиков не было, от пирса до столицы курсировал паром.

Я вскинула голову, щуря глаза, на закатное небо. В прожилках облаков то тут, то там еле заметными черными мушками мелькали корабли, лодки и частные яхты. Небеса над Остоном никогда не бывают пустыми. Иной раз воздушных судов так много, что шпилей старого города не разглядеть.

— А, вот ты где? Я тебя сначала не узнал.

От голоса по спине пробежались уже знакомые мурашки и ноги как-то внезапно ослабели. А-а-а, это же Риарон! И что теперь?! Надо обернуться, да? Проклятье, я же никогда на свиданиях не была, тем более с эльфами. Как с ним вообще правильно разговаривать-то? А вдруг ему не понравится, как я выгляжу?

Я обернулась, отчаянно пытаясь казаться спокойной, и губы против воли разъехались в глупой улыбке.

Он стоял в лучах закатного солнца. Весь такой… такой… В детстве у меня был сборник сказок с иллюстрациями.

И в ней любимая, про Корявую Эльзу и Прекрасного Марко. Так вот: Риарон сегодня прямо один в один выглядел, как Марко с иллюстрации в книжке. В темно-синем рединготе и жилете на пару тонов светлее. На голове вместо цилиндра лихо заломленный берет, как у всадника. Закатное солнце играло на выбившихся из-под берета прядях. Мне прямо зажмуриться захотелось перед этим сказочным совершенством.