Больше никаких эльфов

Разум подсказал, что если Риарон — Прекрасный Марко, то я — Корявая Эльза, не иначе. И вся уверенность в собственной неотразимости, которой я наполнилась, разглядывая свое отражение в зеркале, внезапно испарилась.

— Привет, — выдавила я, забыв заготовленную гневную тираду про эльфийскую необязательность и неумение ценить чужое время.

— Хорошо выглядишь.

Он аристократичным жестом подхватил мою руку и поднес к губам. Я почувствовала, как щеки становятся пунцовыми. Огонь Предначальный, да я никогда в жизни не краснела! Тетка Юдит всегда ворчала, что я бесстыжая родилась: ни такта, ни скромности, приличествующих юной леди.

Хвала хранителю, что Викения почти насильно вручила мне перчатки. Маникюр и я — плохо совместимые понятия.

— Спасибо, ты тоже, — прошептала я.

Он отмахнулся с таким видом, что мол — знаю, я всегда хорош. Но даже этот самодовольный жест не вернул мой взбудораженный разум из горних высей.

— Пойдем.

Я шагнула за ним. Наверное, надо что-то сказать? Что-нибудь этакое, интересное. Поразить эльфа своим интеллектом и остроумием.

Не ради моих прекрасных глаз он меня пригласил, в самом деле?! Если я прямо сейчас не заговорю, Риарон вконец во мне разочаруется.

— Э-э-э… как твоя курсовая?

— Что? — Риарон изумленно приподнял бровь, словно я спросила что-то неуместное и даже бестактное.

— Ну, курсовая работа. Ты уже выбрал тему?

Эльф снисходительно улыбнулся.

— Нет, я еще не занимался этим, — рассеянно ответил он. — Ты же знаешь: впереди отборочные состязания. Все время уходит на подготовку.

Курсовая не убежит.

— Э-э-э, да. Понимаю, — пробормотала я, отводя глаза.

Отлично, Агата, просто отлично! Ты лишний раз подтвердила свою славу королевы зубрилок.

О чем еще говорить с ним? В голове крутилась недавно услышанная смешная байка о трансмутациях первичных элементов. Но вдруг она покажется Риарону слишком заумной и скучной?

Я тащилась за ним по мосту, чувствуя, как счастливое предвкушение сменяется беспомощностью и страхом. Отчаянно хотела понравиться своему спутнику и от этого была напряжена, словно подсудимый в ожидании приговора.

Вчера, сидя в столовой и рассуждая о своей занятости, я ощущала себя куда уверенней.

Мелькнула двадцать вторая пара химер, потом двадцать третья. Всего на мосту по пятьдесят две фигуры с каждой стороны. Риарон шагал молча и довольно стремительно — он высоченный, шаги широкие. Я семенила рядом, поглядывая на его изысканный профиль на фоне неба в закатных всполохах, и отчаянно подыскивала тему для разговора.