Поцелуй меня, любимый

Видел бы ты его сейчас: волосы взлохмаченные, борода во все стороны торчит, глазищи безумные, губы растрескались, ни дать ни взять — настоящий медведь из берлоги.

— А что, я бы с удовольствием посмотрел на него, — оживился Вахид. — А давай его на потеху гостям притащим. Будем со своих столов подкармливать его. Чем не развлечение? Наверняка так сильно оголодал, что объедки на лету хватать станет.

— Хорошая идея, — Гаруф поднял руку, призывая к себе командира охраны. — Сейчас прикажу, чтобы привели Невера.

Стража бросилась исполнять приказ правителя, а в зале в этот момент появилась Чанлиф. Девушка была настолько обворожительна, что музыканты сбились с ритма, завидев её. А она остановилась и с недоумением взглянула на музыкантов, отчего те окончательно перестали играть. В зале воцарилась небывалая тишина. Девушка осуждающе покачала головой, и её длинные золотые серёжки отозвались тихим звоном, создавая свою, особенную музыку.

Чанлиф же ласково улыбнулась и пошла по проходу. Навстречу ей поднимались один за другим принцы, каждый вежливо приглашал разделить с ним трапезу, но она, скромно потупив взор, качала головой и двигалась дальше. Чанлиф шла к самому прекрасному, единственному… своему будущему мужу, которого она выбрала сама.

***

Милада, привлечённая тишиной в зале, наконец оторвала взгляд от тарелки и чуть не задохнулась от возмущения: к ней направлялась Чанлиф.

“А я так надеялась, что она сегодня не появится”, — Милада удручённо подпёрла щеку, опираясь локтем на дубовые доски.

Проходя мимо стола на возвышении, Чанлиф низко поклонилась правящей чете, по-дружески помахала своей младшей сестрёнке и пошла дальше. Сабмила окатила её ледяным взглядом и разозлилась пуще прежнего, когда увидела, что это не возымело никакого действия: девушка как шла к столу пранадармца, так и продолжила идти.

Чанлиф встретилась взглядом со степняком, смущённо потупила взор.

— Ваше Высочество, составьте мне компанию в танце, посвящённом Богине Плодородия. Давайте возблагодарим нашу покровительницу за удачное открытие турнира, — она подняла свой горящий страстью взор, — и вашу победу.

Милада хотела было грубо отказаться, но передумала, замечая, что правитель Эграна и его брат одобрительно кивают, а капризная принцесса вскочила на ноги и чего-то требует от своей матери.