Драконовские сказки. Том 1

— Главное, чтобы они умели петь, — произнес один из слуг.

— У господина Визиря запоют, — усмехнулся второй. — У него бы и мы запели, да нам никто не предлагает.

Птицы издали странный звук. Если бы такой звук издал человек, это был бы весьма недобрый смешок.

Визирь не спал третью ночь. Два хрипловатых голоса фальшиво распевали на весь его дворец:

Мы частушки вам пропели

И споем еще на бис!

Не грустите, в самом деле...

Последняя строчка потонула в обидном хохоте, но Визирь был вполне способен восстановить ее непечатный смысл по памяти.

Он слушал эти частушки каждую ночь с тех пор, как приказал этим проклятым новым птицам петь. Позже он многажды приказывал им молчать — они молчали, пока за Визирем не закрывалась дверь. Он даже грозился их придушить, что было для него немыслимо, но птицы в ответ на угрозу только зловеще расхохотались, а та, которая рыжая, посоветовала начать с нее. Он встал с кровати и прошел в комнату, где висела клетка с птицами. Из-под ткани, которой была накрыта клетка, виднелось слабое свечение.

— Ваша взяла! — прокричал Визирь, сбросив тряпку с клетки. — Летите куда хотите, только убирайтесь из моего дворца! Дайте, наконец, выспаться!

Птицы выжидающе молчали. Через минуту та, что черная, сказала:

— Ну ты клетку-то открой.

Визирь поспешно открыл клетку, птицы вылетели из нее, сделали круг под потолком и двумя тенями скользнули в открытое окно. А Визирь отправился спать совершенно счастливым.

Утром, выходя из своего дворца, Визирь вдруг услышал знакомый скрипучий голос:

— Эй, мужик!

Визирь медленно обернулся.

Так и есть. На дереве совсем недалеко от него пристроились все те же проклятые птицы.

— Мы тут подумали, — продолжало рыжее чудовище, — и решили, что нам у тебя нравится. Мы тут останемся, пожалуй, лет на десять.

— Совсем человек шуток не понимает, — с сожалением отметила черная птица, глядя, как побледневший господин Главный Визирь оседает на землю в обмороке.

30. О находке

Два ворона — рыжий и черный — стояли на обочине дороги и озадаченно смотрели на большую плетеную корзину рядом с ними.

Корзина, накрытая куском ткани, пищала, мяукала и угрожающе покачивалась.

— По-моему, там что-то живое, — шепнул Рыжик.

— Очень глубокомысленное заявление, — прокомментировала Изольда. — Конечно, оно живое! Ты же видишь, оно шевелится и издает звуки.

Ворониха ухватила клювом угол ткани, накрывающей корзину, и потянула за нее. Копошение внутри корзины затихло. Птицы выжидающе уставились на нее.